0
0Если бы на Валовую улицу прибыла обычная машина ДПС, то парни в форме привычно выполнили бы свою работу, но, судя по всему, в аварии пострадала машина крупной шишки (среди нескольких припаркованных у тротуара покореженных авто имелась иномарка с «мигалкой»), и на место происшествия кинулось всякое начальство. Вот оно и раздавало простым сотрудникам указания. Мой друг майор милиции Вовка Костин всегда повторяет в подобных случаях:
– Ой, беда, коли наши шефы активничают, ничего хорошего не выйдет. Налетят, нашумят, поругаются со всеми, а дело стоять будет.
Гаишник подвел нас к месту, где лежало тело, и поманил Алису пальцем:
– Глядите!
Потом он приподнял грязно-серое байковое одеяло, прикрывавшее верхнюю часть трупа.
– Ясно.
– Что тут происходит? – заорал стоявший невдалеке дядька в сером костюме. – Журналисты, да?
Гаишник мгновенно опустил покрывало.
– Нет, нет! – испуганно залопотал он. – Что вы! Тут одна женщина утверждает, что погибший – ее муж.
– Которая? – еще сильней обозлился мужчина.
– Вон та, – ткнул пальцем в Алису патрульный.
– С ума сойти! – зашипел мужик.
Гаишник с сомнением покосился на говорившего.
– Права такого не имею, – вдруг сказал он сурово. – Ничего плохого гражданка не совершила, плакала сильно, вот я и подумал…
– Тебя тут не думать поставили! – завизжал «серый костюм». – Ишь, разговорился… Делай, что велено: в сумочку ее загляни, наверное, там аппаратура и лежит!
– Вы мне не начальник, – хмыкнул гаишник, – на своих слюной брызгайте.
– А ну живо назовись! – покраснел мужик. – Представься по всей форме!
– Николаев Евгений, – заученно ответил патрульный, – сержант.
– Все, теперь безработный, уж я позабочусь о твоем увольнении, – злобно пообещал незнакомец.
– Смотри не лопни от важности! – заржал уже в открытую патрульный. – А то я тут прямо весь перепугался, пойду памперс надену…
Продолжая смеяться, Николаев исчез в толпе, а дядька в сером шагнул к Алисе. Я моментально загородила собой безумную.
– Не трогайте ее!
– Отвали, убогая, – презрительно прищурился хам.
Но я схватила безучастно взиравшую на нас Алису за руку и рявкнула:
– Сам отвали! Бедная женщина не в себе, ей плохо, у нее с головой беда… Если тронете ее хотя бы пальцем, мигом получите в нос!
Нахал неожиданно улыбнулся.
– Уж не ты ли со мной драться надумала? Комар в джинсах…
Я стиснула зубы, а грубиян спокойно продолжил:
– Уводи свою психопатку. Зачем ты ее на улицу вытащила? Таким дома сидеть следует, за запертой дверью.
