6
0— Может, всё-таки бросишь всю эту сомнительную затею, и уедешь к нам? Мы с отцом сможем тебя и ребёнка защитить.
— Нет, мам. Этот человек не остановится. Он вбил себе в голову, что должен любым способом отобрать у меня ребёнка. Это стало его навязчивой идеей, а я не позволю этому случиться, ты же меня знаешь. Выйти за него замуж — единственный верный выход. По крайней мере, другого я не увидела и не придумала.
— Знаю, дорогая. Знаю. Но разве можно начинать семью со лжи? — произнесла она тоже грустно. — Я понимаю, что сама одобрила твою идею, и сейчас одобряю… Томочка, но я так переживаю за тебя и за своего внука или внучку.
— Всё будет хорошо, — улыбнулась в трубку, изо всех сил стараясь удержать рвущиеся наружу рыдания. — Мне пора, мам. Я тебе ещё позвоню.
— Береги себя, доченька, — сказала она. — И будь предельно осторожна. А я буду молиться за тебя и за нашу кровиночку. И если вдруг что пойдёт не так — уезжай, слышишь?
— Да, мама. Я слышу. Пока, — попрощалась с ней и убрала телефон обратно в сумочку.
Слёзы душили… Создавалось ощущение, что меня размазали по стенке. Странное чувство, однако. Только никак не могла понять, за что мне это испытание? За то, что я хотела ребёнка? Зачем Господь допустил мою встречу с Ладомирским?
Меня он не бил, но было чувство, что моя душа истерзана и избита.
Смыла с лица косметику и посмотрела на своё отражение.
Руслан Ладомирский решил, что поймал меня, но он даже и не догадывался, какую партию я затеяла.
Я загляну к нему в сердце и обязательно оставлю в нём свой след. Сейчас он похож на замёрзлую льдину, но я растоплю её своей нежностью, которую испытываю отнюдь не к нему, а к своему маленькому чуду…
Я буду влюблять Руслана в себя. Я стану для него ВСЕМ. Приручу его внутреннего зверя, и когда он станет ручным и готовым на любые поступки ради меня — вот тогда я стану свободной.
Я тебя укрощу, Руслан Ладомирский.
Только прошу, сердце моё, не вздумай в него влюбиться.
Глава 11
* * *Атмосфера за ужином царила довольно напряжённая. Я изо всех сил старалась игнорировать Руслана, который как раз и не обращал на меня никакого внимания. Мужчина ел со здоровым аппетитом. Кстати, он-то сам переоделся, а я сидела за столом в своём вечернем платье и новых бежевых тапочках для гостей.
Какого чёрта, спрашивается, он привёз меня в свой дом?
Собравшись с мыслями и уняв раздражение, я нацепила лёгкую полуулыбку и произнесла:
— Прости.
Руслан поднял на меня недоумённый взгляд и спросил:
— За что конкретно простить?
Сжала в руках серебряные приборы и, сдержав свой порыв нагрубить, вежливо пояснила:
— За истерику, что устроила в машине, — провела пальцем по своей щеке и подбородку. — За царапины… и за тот цирк, что я устроила на приёме. Прости.
