Архонт росский

Тот стоял у своих кораблей, глядя, как его бойцы бегают туда-сюда по сходням, а на песке растет гора спасаемого имущества.

Сергей подъехал к нему, спешился, похлопал по плечу:

— Бывало и похуже, брат.

— Угу.

— Но это не повод торчать без дела.

— Ты о чем? — спросил Рёрех, глянув на Сергея сверху вниз. Ростом он все еще был сантиметров на десять повыше названого брата.

— О том, что если ты не поторопишься, то твоим все это придется на своих спинах волочь.

Сообразил.

— Силомир! — гаркнул он. — Сюда!

И поставил задачу, аналогичную Машеговой.

— Думаешь, пропадут корабли? — спросил он Сергея, когда Силомир с сотней дружинников умчались искать замену морским драконам.

Сергей поглядел на море, потом на небо, попробовал прикинуть силу ветра над водной гладью… Вроде усилился немного, но море более-менее спокойное. А в гавани вообще тишь. Идеальный вариант для ромейских сифонов.

— Если ничего не изменится, то да.

— И мы ничего не сможем сделать? — страдальчески проговорил Рёрех.

— Можем, — ответил Сергей. — Богов молить. И отойти подальше. Через пару часов здесь будет жарко, как в нурманском Муспельхейме[1].

То ли молитвы помогли, то ли просто так совпало, но, когда ромейские корабли были уже в нескольких кабельтовых от входа в залив, небо потемнело, ветер внезапно усилился и характер его поменялся: стал порывистым.

В таких условиях дромоны атаковать не рискнули: так и самих себя поджечь можно.

Передышку русь получила. И если более продуманные вожди уже начали готовиться к тяжкому сухопутному переходу, то большая часть воинства вела себя подобно курам, увидевшим в опасной близости рыжую лисью морду. То есть квохтали, хлопали крыльями и спихивали друг друга с насестов."

"Белозерские лидеры в этом бедламе были очагом спокойствия. В первую очередь потому, что их дружинники занимались делом, а не тасканием с места на место того, что в любом случае не сохранить. Ну и отыгрываться за собственный страх на пленных ромеях здесь никто не собирался, поэтому количество ромейской челяди в здоровенном загоне увеличилось раза в три, и два имевшихся здесь колодца вычерпали едва ли не досуха, а отхожие ямы заполнялись так быстро, что пленники по собственной инициативе начали копать новые. Никто, однако, не жаловался, и охрана была символической. Лучшим сторожем были с трех сторон окружившие варяжский лагерь станы союзников. Там ромеев резали, как овец на большом празднике. Кого — в жертву, кого — отомстить за неминуемое поражение, кого — просто так. Впрочем, не везде. Там, где стоят белозерские, — нельзя. И в расположении великого князя — тоже. А у Рулава изборского даже вышла стычка с ростовским князем Яктевом.