8
0
— Давай выкладывай, что еще придумал! — потребовал Сергей.
Брат, конечно, умница. И сымпровизировал неплохо, вот только он ни фига не стратег.
— Не я придумал! — Машег переложил кубок в левую руку и поднял палец. — Ноам! Убивать Барика нельзя, да. А вот опозорить — очень даже можно. И нужно! Сейчас я все расскажу, брат! Только это…
— Еще вина? — предположил Сергей.
— Ага! — подтвердил хузарин. Огляделся и указал на молоденькую холопку со смазливым личиком, застывшую за спиной Искоры в готовности услужить: — И вот эту тоже. Но потом. Сначала вина.
* * *— Мой родич, — Ноам указал на Машега. — Машег бар Захариах из Рузиев.
— Вот как? И что ты делаешь в этой глуши? — осведомился Алп-Барик.
— То же, что и ты, — ухмыльнулся Машег. — Развлекаюсь. То на печенегов поохочусь, то на ромеев. Девки здесь хороши, золото само в кошель падает, только подставляй.
— Девки… Да, — сын шеда потер висок.
Голова болела. Вчера перебрал немного. От переживаний.
— Слыхал обо мне и о моей проблеме?
— О тебе — да. О проблеме — нет.
Слово «проблема» Машег, как и Алп-Барик, произнес по-ромейски.
— Девка одна мне глянулась, — Алп-Барик раздраженно махнул рукой, огляделся…
— Тебе бы выпить, — посоветовал Машег. — И я бы с тобой тоже. Ноам, распорядишься?
— Ты пей, я не буду, — отказался Алп-Барик. — Ноам, вели айрана мне принести. И воды холодной. Так о девке…
— И что с ней не так? — равнодушно произнес Машег.
— С девкой все так. Красавица. На язык остра, глаза горят. Вот только муж у нее есть. Продавать не хочет.
— С ним самим говорил? — поинтересовался Машег.
— Нет. Но Ноам сказал: этот не продаст. И я ему верю.
— Ноаму я тоже верю, — кивнул Машег. — Он попросил, я пришел. Говорю вот с тобой. А о деле так и не услышал. Хотя нет, не торопись, вино спешки не любит, — Машег пригубил, причмокнул одобрительно: — Твое? Самадарское?
— Оно, — подтвердил тархан. — Я позвал тебя, Машег, потому что нашему другу бар Еремии нужна помощь. А ты среди русов дольше всех. Знаешь, с какой стороны к ним подойти.
— Как с какой? — Машег поднял бровь. — Раз со стороны денег не вышло, значит, надо со стороны силы. Ты же не один приехал, Барик? Сколько у тебя людей?"
"— Две большие сотни воев у него, — вместо сына шеда ответил Ноам. — Но эти люди… Они здесь не годятся.
— Плохие бойцы? У него? — Машег показал кубком на Барика. — Не верю!
— Хорошие они бойцы, — буркнул Алп-Барик. — Сотня исмаилитов из конюшни великого хакана. Остальные — родичи.
— Магометане-то тебе зачем? — удивился Машег.
— Так чтобы все видели, что я представляю Беньяху! — Алп-Барик выпятил бороду.
Машег и Ноам переглянулись.
— Хорошие, плохие — не важно, — сказал тархан. — Для битвы со всеми киевскими русами их мало.
— Тоже верно, — согласился Машег.
