11
0
— Только ли свое? — усмехнулся Сергей. — Или немного чужого тоже?
— Ты понимаешь, — кивнул Рёрех. — Быть великим над другими князьями — значит каждому полправды говорить. А когда правды только половина, значит, вторая — лжа.
— Не обязательно, — возразил Сергей. — Можно ведь и недоговорить. Вот у тебя на плече — Перунов знак?
— Да, — Рёрех погладил татушку-молнию.
— А здесь о Перуне знать не знают. Зато знают языческого бога Зевса-Юпитера. Кто твою молнию видит, думает: он твой бог. А что будет, если ты крест христианский наденешь?
— Будут думать, что я их веры?
— Будут думать, что ты родился язычником, а потом тебя крестили.
— А можно? — спросил Рёрех.
— Что — можно?
— Крест надеть. Бог христиан не обидится?
Сергей махнул рукой девке, чтоб подлила вина.
— Бог — нет. Пока ты не крещен, не причащен по обряду — тебя для него нет. А вот люди обидеться могут. Их и следует опасаться.
— Ты опасаешься? — Рёрех кивнул на золотой крестик на груди Сергея.
— Так я крещен, — Сергей попробовал вино, которое подлила им девка…
И выплеснул в бассейн.
И вышиб бокал из руки Рёреха.
Бокал разбился вдребезги, красное вино расплескалось по мозаичному полу,
Сергей сцапал девку за волосы, дернул вниз, перехватив левой рукой кувшин:
— Кто дал?
— Пощади, господин! Я не понимаю!
— Кто дал? — Сергей указал на кувшин.
— Н-не понимаю…
— Что не так с вином? — с интересом спросил Рёрех.
— Яд, — пояснил Сергей. — Дренг! — рявкнул он. — Старшего сюда!
Через минуту в баню ввалились сразу трое: Тейт Болтун и пара дренгов-свеев.
— Из дома никого не выпускать! — велел Сергей.
Один из дренгов тут же кинулся выполнять.
Не успел дренг выскочить, как его едва не сшиб Грейп.
— Хёвдинг! Что?
— Отравить нас хотели, — пояснил Сергей.
— Кто?
— Сейчас узнаем. Видишь их? — сказал он девке, указав на нурманов. — Говори правду, или отдам тебя им!
Девка завыла, упала на пол, обняла ноги Сергея:
— Не губи, добрый господин! Все, все скажу! Что сказать⁈ Что велишь? Все!
Сергей снова взял ее за гривку, запрокинул чернокудрую головку, сказал раздельно:
— Кто. Дал. Тебе. Этот. Кувшин."
"— Прости, прости, добрый господин… — зачастила девка. — Никто не дал. Сама взяла. Сама!
— Веди, показывай.
Маленькая комнатка. Узкая лестница. На кухню. Кувшины с вином. Закуски. Посуда.
— Вот здесь взяла, — показала девка.
Ее била крупная дрожь. Слезы текли по щекам струйками. Не похоже, что врет. И где теперь искать отравителя?
Искать не пришлось.
Сам нашелся.
Вернее, попался.
— Глянь, хёвдинг, какую рыбку поймали!
«Рыбка», загорелый ромей с обветренной рожей и золотыми сережками в ушах, мешком висел на руках дренгов.
— Удрать пытался, — пояснил Дёррудов дальний родич дренг Трюм. — Сначала через двери сунулся, а потом через крышу хотел. Здоровый. Еле скрутили.
