Анатомия измены (СИ)

Запнувшись, падаю на одно колено, цедя сквозь зубы матерным. Олег, было, дернулся в мою сторону, но поймав предостерегающий взгляд, тормознул. Не нужна мне его помощь! Сдохну, но дойду сама, не развалюсь…

Свист. Хлопушки бахают, шарахая по моим нервам дробью. Запрокинув голову, смотрю на елочку. Я — скала. Я — монолит. Памятник самой себе. Втягиваю ноздрями холодный воздух.

Какие-то идиоты решили сделать хоровод вокруг, цепляя одного за другим из стоящих рядом с новогодним символом. Господи, дай мне сил! — просто держусь за мужика и меня тянут в ту сторону, орущие: «Маленькой йолочке холодно зимой…». Надо было закатиться ближе к «дереву», пусть бы они мотали круги вокруг меня, но уже поздно жалеть. Где-то в этой цепи Олег и Мишка. Я не могу засечь их в круговерти. Возможно, они в параллели, между нами ель. Чувствую, еще немного и стошнит от бешеной карусели, только ускоряющейся с каждым оборотом."

"— Правда, было весело? — сын притомился и, откинув голову на спинку сидения, зевал, прижимая к себе плюшевого медведя — подарка от Дедушки Мороза со стороны отца. Киваю в зеркало его отражению. Я отмучилась, скоро будем дома. Заберусь в горячую ванну с пеной и распарю свои бедные ноженьки, пока Миша распечатывает подарки, подкинутые под елку… Якобы, Мороз приходил, пока нас не было дома.

Я даже представила этот опрос: «Как вы встретили Новый год?». Отлично! В ванне отмокала и была счастлива… Счастье прячется в мелочах. Сын доволен. Миша уснул, не дожидаясь курантов. После водных процедур, завернувшись в халат, переключаю каналы с бокалом глинтвейна, который согревает мне душу. Приблудный кот, сожрав весь сервелат с тарелки, позволяет себя гладить. Хорошо как! Полтора мужика в доме, а больше мне и не надо…

— Вась, двигайся, жирная скотина, — отбиваю себе законное место лежанки на диване и подтягиваю плед. Не хочу идти в спальню, здесь хорошо. Васька наглеет и подкатывается под живот, тарахтя как трактор, и когтями вытаскивает зацепки в пледе, делая мне массаж печеночной зоны.

Сквозь накатывающуюся дрему, слышу настойчивое пиликанье мобильника. Приоткрыв один глаз, выжидаю, что наглый нарушитель спокойствия успокоится. На пятой попытке сдалась.

— Але? — мое ленивое.

— Спишь, Симметрия?

— Лютый, я сплю. Что хотел? — где-то шевельнулось чувство женского удовлетворения, что обо мне кто-то вспомнил. Поздравления от сотрудников моей фирмы — открыточки в социальных сетях — не в счет.

— Пусти меня, а? — теперь слышу два коротких стука в дверь.

— Ты пьяный, что ли? — дергаюсь, резко поднимаюсь, спугнув Ваську, который просто выпал на пол, не успев зацепиться. Лишь дикие и обиженные глаза сверкают: «Вот, ты какой человек, Даша?».

— Пока трезвый.