АН (цикл 11 книг) (СИ)

Причём делал это после того, как активировал жи́ву, что показалось мне весьма странным.

— Что это такое? — вопросительно покосился я на Катю, стоявшую возле моей постели в гостевой комнате.

— Артефакт, — пожала она плечами. — Средней мощности, для работы с алхимическими мазями.

— Эм… — удивлённо протянул я.

— Не слышал о таком? — в свою очередь, удивилась она, а затем, видимо, вспомнив о моём происхождении, смутилась. — Прости. В «Алой Мудрости» вроде бы позже у вас будут общие уроки по артефакторике и алхимии. Суть в том, что артефакторы способны создавать предметы, которые при взаимодействии с жи́вой обретают определённые свойства.

Ну а алхимики готовят зелья и мази из растений и животных, наделённых жи́вой. В нашем случае полученная комбинация, — указала она на кадушку в руках Слуги-врача, — будет гораздо эффективнее любых обычных фармакологических мазей.

— Но, увы, Екатерина Алексеевна, — вздохнул врач, начавший намазывать мазью мою спину, — до эффективности целительниц даже таким средствам далеко.

— Целительниц? — снова удивлённо переспросил я, повернув голову к боярыне.

Как же всё-таки много пробелов в знаниях об этом мире у меня.

Мысль о пробелах мгновенно исчезла, стоило лишь столкнуться взглядом с Катей. Слишком уж озлобленное лицо у неё стало.

— Ага, целительниц, — буркнула боярыня. — Есть и такие сучки в нашей жизни. Думающие лишь о деньгах и крепких х… Ладно, не будем о них, — махнула рукой Морозова и улыбнулась.

Мы затронули какую-то больную тему, что ли?

Когда врач намазал меня мазью с ног до головы, он откланялся. Катя же приблизилась ко мне и глядя в глаза, тепло проговорила:

— Я буду бесконечно благодарить богов за то, что ты оказался рядом, Аскольд.

— Не надо никого благодарить, — хмыкнул я. — То, что вы с Никитой живы, для меня уже благодарность.

— Наглец, — восхищённо прошептала боярыня и нежно поцеловала меня в губы. — Отдыхай. Я тоже отдохну.

Проснулся я в четыре часа дня. Чувствовал себя уже получше, но всё ещё весьма отвратительно. О том, что пропустил школу, я не переживал — ещё утром написал классному руководителю, что заболел. И ведь не соврал же. Кстати, тёте и Вадиму тоже сообщил, что появились срочные дела.

Естественно, оба волновались, но я пообещал рассказать подробности позже.

Поднявшись с кровати, я понял, что весь пропотел. Температура не прошла, а бинты не позволяли телу толком охлаждаться.

Подойдя к письменному столу, я нажал на кнопку под столешницей. Катя просила не выходить одному и позвать служанку, когда проснусь.

Миловидная женщина в чёрном платье и белом переднике появилась довольно быстро, я едва успел сходить в туалет, который вместе с ванной примыкал к гостевым покоям.