АН (цикл 11 книг) (СИ)

Я покосился на Волынского, рядом с которым собралось ещё несколько сторонников Канцлера. Министр обороны, казалось, в любой момент может смести со своего пути вежливых людей из ратников княжества Новочеркасского.

— Господа, — вновь обратился я к союзникам. — Мы давно решили, что Годуновы перешли черту. А теперь, похоже, эта черта осталась далеко за их спинами. Я готов сделать следующий шаг в нашем противостоянии. Кто из вас готов поступить так же, прошу вместе со мной на сцену.

Упёршись руками в деревянные доски, я ловко запрыгнул на сцену и не оборачиваясь, пошёл к микрофону.

Эх… А ведь по плану свадебного мероприятия с минуты на минуту на этой сцене должно было начаться выступление известной певицы Огненной Марго.

Я не оборачивался, поэтому не видел, последовал ли кто-нибудь за мной.

Однако точно знал, что Арвин и Андрей Оболенский запрыгнули на сцену всего через секунду после меня. А Антон Иванович Троекуров направился к лестнице, расположенной слева.

Я слышал, как скрепят половицы под ногами моих товарищей.

У меня были лёгкие сомнения насчёт того, что они все последуют за мной.

Однако же эти сомнения рассеялись, когда я подошёл к микрофону.

Считая меня, представители семи княжеских фамилий стояли на сцене рядом со мной.

Разумеется, мы привлекли к себе внимание всех присутствующих. Как раз в этот момент Министр финансов империи — боярин Яков Абрамович Юсупов, наседал на отца Арвина, почему охрана не выпускает гостей. А тот, как я понимаю, лишь натянуто улыбался, оправдываясь тем, что он больше не князь.

— Дамы и Господа, — громко произнёс я в микрофон. — Как некоторые из вас уже знают, совсем недавно лидеры недружественных нам стран Георг Стюарт и Людовик Бурбон объявили о том, что император Игорь Рюрикович и его дети убиты по приказу Александра Борисовича Годунова! Страшная новость! Мы хотим верить, что это наглейшая ложь! Очень хотим верить в то, что с Его Величеством и наследниками всё хорошо.

Однако и игнорировать эту информацию мы не можем. Более того… — я взял паузу, что обвести придирчивым взглядом притихших и навостривших ушки аристократов. — У нас есть доказательства, что Годуновы испокон веков злоупотребляли своей близостью к императорской семье. Мы допускаем, что они, потеряв понимание чести и долга, могли захотеть стать единоличными правителями нашей империи.

— Да как ты смеешь!!! — рявкнул Всеволод Борисович Годунов — младший брат Канцлера.

— Как у тебя наглости хватило обвинять нас в таком страшном преступлении! — поддержал его сын, Игорь Всеволодович."

"— Я допускаю, что членам рода известно далеко не обо всех действиях главы рода и его наследника. Однако я не исключаю мысли, что вижу сейчас прекрасную актёрскую игру, Всеволод Борисович. Дамы и Господа.