1
0Алексей Денисович Белозерский — министр путей сообщений, пожалуй, на данный момент один из двух министров, который в случае нашего открытого конфликта с Годуновыми не встанет на сторону Канцлера. Его уже начали понемногу «задвигать» ввиду его приближённости к нашему Альянсу.
Спустя ещё десять минут мы с Соней уже стояли с другой компанией. Наша компашка молодёжи, наконец-то собиралась в единое целое в ожидании официальной части мероприятия.
А ожидание мы скрашивали осторожным обсуждением гостей.
— А нормально, что от правящих семей потенциальных союзников нашей страны никого нет? — спросил Влад Белов (в прошлом Беляков), покосившись на делегацию из Поднебесной.
— Не очень, — отозвался я. — У них там определённо что-то происходит.
Сегодня вместо генерала Ли Синя из фракции принцессы китайскую делегацию возглавлял Хан Цзи из фракции её среднего брата. Мне этот тип не очень понравился. Слишком уж напыщенный и по-русски говорит только через переводчика. Даже банальное «Здравствуйте» не смог из себя выдавить.
— А у немцев все заняты обороной границ.
Глянув на неё, я подумал, что сестричка сама политкорректность. Те же Габсбурги плотно общались лишь с представителями двух русских родов — Годуновых и Оболенских. Причём благодаря Алисе с Оболенскими гораздо больше. Я думаю, если бы замуж выходила, например, Яна — Алисин друг по переписке — Густав Габсбург, нашёл бы время присутствовать лично.
Сейчас же от немцев были лишь аристократы из МИДа.
К нам подошли Яна с Акихито, так что обсуждение иностранных гостей закончилась само собой.
А спустя четыре минуты гости начали стягиваться к сцене, на которой вскоре появились три пары.
— Дамы и Господа! Спасибо, что проделали такой путь, чтобы поздравить моего старшего сына и его прекрасную невесту… Теперь уже жену! Это многое значит для нашей семьи! Рад вас видеть в нашем доме, — тоном гостеприимного хозяина начал князь Новочеркасский — Вениамин Платов. Он даже руки в стороны развёл, будто пытаясь обнять всех своих гостей.
— Присоединяюсь к словам Вениамина Егоровича, — подхватил эстафету отец Юли. — Нет больше радости, чем видеть, сколько достойных людей прибыло, чтобы засвидетельствовать столь значимый для двух наших родов день, — торжественно проговорил он, а затем посмотрел на улыбающуюся дочь и сам улыбнулся. — Позволю себе сделать небольшую поправку. Всё-таки одна большая радость есть. Радость наблюдать, как дети вырастают и создают свои счастливые семьи.
