1
0— Ты же позволишь тебя так называть?
— Такой бесподобной женщине, как вы, я могу многое позволить, — проговорил я, пройдя за стол для переговоров и заняв стул поближе к собеседнице.
Удивленно хлопнув ресницами, она недовольно поджала губы и покачала головой.
— Все такой же самоуверенный тип. Две дуэли и неожиданный вызов ко мне не выбили тебя из колеи.
— Не выбили. Хотя ваше приглашение меня обрадовало.
— Обрадовало? — ее брови взлетели вверх.
— Ну да, вы ведь соскучились по мне?
— Аскольд… — прошипела она. — Похоже, ты забываешь, с кем разговариваешь.
— Ни в коем разе, — покачал я головой. — Я разговариваю с самой прекрасной женщиной лицея, которая к тому же является первым заместителем директора. И замечу, разговариваю уважительно, как и следует из устава «Алой Мудрости». Хотя и без этого устава я не посмел бы вам грубить, — я снова лучезарно улыбнулся. Есть все-таки некая прелесть в том, что я попал в тело юноши — можно рушить шаблоны вот таким вот строгим дамам.
Она нахмурилась, а затем тяжело вздохнула:
— Знание устава засчитано. Но оставим игры, Аскольд.
— Я весь внимание, — спокойно произнес я. От того, насколько я резко сменил тон, у Шапочкиной дернулся глаз. — Но прежде чем начнем, пожалуйста, ответьте, почему я в вашем кабинете? Какова официальная причина вызова меня к вам?
— Твой вчерашний конфликт, разумеется, — невозмутимо ответила она, тоже взяв под контроль эмоции.
— Если даже увидеть в его истоках нарушение дисциплины с моей стороны, этим вопросом, согласно уставу, должен заниматься второй заместитель директора. Это его юрисдикция.
— Согласно уставу возможны исключения. И ты одно из них. Всеми вопросами, связанными с тобой, я занимаюсь лично.
— Ух ты… — протянул я, — все-таки я был прав. Вы соскучились по мне и искали причину вызвать меня к себе на ковер.
— Аскольд! Сколько можно! — возмутилась Шапочкина. — А… Это твоя защитная реакция, да?
— Нет, это всего лишь эмоциональная привязка.
— А? Ты сейчас серьезно? Пытаешься меня привязать?
— Я пошутил. На самом деле вы мне просто нравитесь, — я широко улыбнулся, после чего резко посерьезнел. — Ирина Александровна, прошу прощения, я отвлекся.
— Решил, наконец-то, спросить? — она покачала головой. — Затем, что ты слишком выделяешься, Аскольд. И привлекаешь к себе излишнее внимание, — проговорила она строго. — А это опасно. На территории лицея тебе ничего не грозит. Но, извини, ты простолюдин. Если кто-то из мстительных аристократов решит, что своим поведением ты его оскорбляешь, он может испортить твою жизнь за территорией лицея. И даже навредить твоим родным.
