10
0– Мы знакомы уже давно…
– Вот именно! Я знаю тебя, твои замашки, знаю, чего хотят мужики, – попыталась сопротивляться, чувствуя, что сдаюсь.
– Я под юбку лезть не буду – с лукавой улыбкой сказал Джон. – Постараюсь держать себя в руках.
Мое сердце заколотилось быстрее от вспыхнувшего волнения. Я прерывисто вздохнула, настороженно глядя на него.
– Джонни! Я замужем и очень люблю своего мужа,– вырвался возглас, и я замолчала, смутившись собственных слов.
– И что из того? Просто посидим, поболтаем. И вообще, мы ему ничего не скажем. Пусть он там спокойным будет в своих командировках. Хочешь, я дам тебе денег за экскурсию, за то, что покажешь дом?
Ничего себе! Мне предложили деньги. В шутку, наверное. А я не знала, что сказать. Нужно было бы послать нахала подальше, но я не могла. В моем мышлении и поведении не было предусмотрено отказов, особенно мужчинам.
– Ладно, пошли, – обреченно сказала я.
Ну и что, выпил человек немного, пообщаться хочет. Столько добрых слов наговорил!
Неудобно было обижать его отказом. Потом я сильно пожалела об этом согласии, но тогда мной управляла весна.
Дом Джона не сильно заинтересовал, а вот моя спальня его привлекла. Мы зашли и остались в ней.
– Выпить есть? – сразу спросил Джон.
Пришлось выйти в гостиную к бару. Достала крепленое вино и пару бокалов. Плеснула немного себе, так, чтобы пригубить, и налила полный бокал Джону. Стараясь унять не отпускавшее меня волнение, зажмурилась и несколько раз глубоко вздохнула. Затем вошла в спальню.
Джон уже снял пиджак и повесил его на стул, расстегнул несколько пуговиц на рубашке. Я протянула ему бокал. Он сказал: «Спасибо!», – и с жадностью стал пить. Я тоже сделала пару глотков. Вино приятно согрело рот.
– Давай теперь поцелуемся, – сказал Джон, опустошив стакан.
Я не успела ответить. Грубоватые губы Джона обрушились на меня. Горячий язык молодого человека провел по коже моих губ и устремился внутрь рта, слившись со мной поцелуем.
Я не просила его остановиться, сама инстинктивно тянусь к губам этого нахального, захмелевшего парня, к запретному плоду, который не стоило вкушать. А что мне было делать? Прогнать Джона? Он не уйдет. Бороться с ним, кричать? Никто не услышит. Лучше смириться, расслабиться, получать удовольствие. Я ведь с детства была запрограммирована на секс. Однако и в программе возможны сбои. Сверкнувшая во лбу мысль о Семе заставила меня все же отстраниться и отскочить от Джона к двери спальни. Он не сдержал тихого недовольного возгласа:
– Миленькая, что не так? Ты тоже ведь хочешь, я чувствую это.
Широко раскрытые глаза возбужденного молодого человека уставились на меня. Голова кружилась, я часто дышала, но ничего не ответила. Кровь кипела, во мне боролись мысль об измене и инстинкты, влекущие к сексу.
