47
0Ибо лишь ученики внутреннего круга могут расcчитывать на помощь со стороны Мастеров и Наставников.
Иными словами, голем в открытую говорил, что школе плевать на учеников внешнего круга. К ученикам полноправным они относились со снисходительным пренебрежением.
Мол – вот вам фундамент, если получится из вас что-то, начнем взаимовыгодное сотрудничество, если нет – такова судьба.
Не даром, самые полезные лекции и тренировки, объявления о которых висели в зале Славы, требовали именно изумрудные жетон.
Так, немного разочарованные, друзья, не ставшие даже спрашивать об испытании, вышли во внутренний двор.
– Думаю, с общежитием мы можем разобраться и позже, – Хаджар посмотрел в сторону полигона, где и будет проходить поединок.
После согласия Эйнена, они отправились в глухую чащу Леса Знаний, где собирались провести тренировку.
Глава 515
Наставник Жан не любил это место. Гора Ненастий, сокрытая среди бескрайнего леса, навевала весьма болезненные воспоминания. Именно здесь, в сражении с Первобытным Зверем, погибли его друзья.
Несмотря на то, что произошло это почти семнадцать веков назад, воспоминания Жана были так же свежи, как и на следующий день
Больше таких друзей он так и не встретил.
Кроме, разве что, одного. Безумца, одержимого только одним – путем развития. Нет, каждый из адептов стремился к силе. Это всегда было основной их существования.
Бесконечный бой за все новые крупицы могущества и знаний. Кто-то искал в этом смысл тем векам, что ждали их впереди, кто-то находил радость в растущих возможностях, кто-то видел мудрость."
"В конце концов, правильно говорят мудрецы – сколько адептов, столько и путей развития. Фраза древняя и необычайно глубокая.
Но, несмотря на бесконечную борьбу за силу, были те, кто занимался развитием ради самого развития.
Именно их Жан и называл безумцем. Ибо их цель была неосязаема. Они не стремились к власти, к мести, к удовольствиям, к битве. Нет. Это был не их путь.
От силы они искали лишь одного – возможность стать еще сильнее.
Таким был и Орун. Еще когда Жан был учеником внутреннего круга, Орун уже тогда являлся даже не Мастером, а Наставником.
Ему прочили светлое будущее, полное почета и уважения и самых высоких должностей в Империи. Но минуло уже больше, чем полторы тысячи лет, а Орун так и не продвинулся со средней стадии Повелителя на развитую.
И не потому, что не мог – просто не хотел.
– Старый Друг!
В этот день Орун должен был выйти из уединенной медитации, в которой провел последние тридцать лет. В пещере, на Горе Ненастий – самом опасном уголке Империи, заперся Повелитель, размышляющий над сутью Меча.
