За тридцать тирских шекелей

Через полтора месяца после удачной продажи «старинных» карт, жарким летним днём Фелиция Бальсамо развешивала свежевыстиранное бельё на верёвку, натянутую вдоль стены дома снаружи, справа от входа, между дверью и окном. Через открытую форточку Джузеппе услышал, как она с кем-то разговаривает на повышенных тонах. Он посмотрел в окно, но тут же отпрянул обратно: возле дома стоял ювелир со своим сыном. Они стояли к окну боком, поэтому заметить Джузеппе не успели.

– Я не верю, что его нет дома! – кричал Фредо Морано. – Быстро позови его, или мы сами зайдём в дом!

– Только попробуй! – ответила мать.

 – Мой муж вышибет за это мозги и тебе, и твоему сыну!

– Я не боюсь его! – продолжал возмущаться ювелир, хотя пыл его заметно поубавился и попыток войти он не предпринимал. – Правда на моей стороне! Джузеппе обманул меня. Если он не вернёт деньги по-хорошему, я обращусь в магистрат. Я опозорю всю вашу семью!

– Обращайся! А позоришь ты свою семью, а не мою: воюешь со мной, беззащитной женщиной, пока мужа и сына нет дома. Все соседи уже слышали, они подтвердят.

Морано на минуту задумался.

– Ладно, – сказал он. – Сегодня мы уйдём.

Но завтра я вернусь сюда со стражей!"

"Он развернулся и быстро пошёл прочь, нервно размахивая руками. Сесилио поспешил за отцом. Джузеппе перевёл дух. Фелиция вошла в дом с бельём в тазу, которое из-за визита незваных гостей так и не успела повесить сушиться.

– Ты слышал? – спросила она.

– Да, – кивнул Джузеппе.

– Он сказал правду, ты обманул его?

Джузеппе лишь неопределённо пожал плечами.

– Я продал ему старинную карту, возможно, на ней обозначено место спрятанного клада. Возможно, нет. А возможно, он просто его не нашел…

– Ясно.

Почему ты чувствуешь себя в обмане, как рыба в воде? – мать тяжело поставила таз с бельём на пол, устало опустилась на стул. – Почему ты не хочешь работать, помогать отцу?

– Я что-нибудь придумаю, – попытался успокоить её Джузеппе.

– Не нужно больше ничего придумывать! Тебе нужно уехать. Отец не одобрит твоих выходок. Да и я от них уже устала. А похоже, что на этот раз дело для тебя закончится плохо…

– Куда мне ехать? – растерялся Джузеппе. – Мой дом здесь!

– Твой дом будет там, где ты сам его купишь! И будешь жить с женой и детьми, если возьмешься за ум.

Мне хотелось бы понянчить внуков, а не носить тебе передачи в тюрьму.

– Послушай, я…

– Хватит! Теперь ты меня послушай. Отправляйся в Мессину, к мужу твоей покойной крестной, моей сестры Винченцы, упокой господи её душу. Он служит управляющим имуществом князя Виллафранка, думаю, он не откажет тебе пожить в своём доме. Зовут его так же, как и тебя, а фамилия его – Калиостро.

– Я помню, как его зовут, – уныло ответил Джузеппе.

Мать вздохнула.

– Рано или поздно это должно было случиться, – сказала она.