Вставай, иди и умирай

— Плачу три сотни за доставку на побережье, — сказал Анатолий первому же остановившемуся автолюбителю на синем «москвиче-комби», что отреагировал на его «голосование».

— Садысь дарагой! Давезу с вэтэрком!

То, что водитель грузин в этот раз только радовало, потому как в случае чего внятно описать его внешность не сможет, дескать эти русские все на одно лицо.

До побережья доехали лишь к утру в район Туапсе и почти целый день Анатолий фактически не вылезал из воды. Вечером на попутном грузовике добрался до Сочи и уже оттуда на самолете отправился солнечный Ташкент…

48

Перед отбытием в свой родной усиленный сводный батальон морской пехоты, Анатолий заглянул к командиру 5й МСД.

— Здравья желаю, товарищ полковник.

— Здорово капитан. Как отдохнул?

— Нормально.

— Чего хотел?

— Я пока был в отпуске, заглянул в Москву и пообщался с маршалом Соколовым…

— Ну ты даешь… — только покачал головой Громов. — Даже мне с моим званием и должностью чтобы с ним встретиться придется сильно попотеть…

— Ну так я же его любимчик, можно сказать.

— Тоже верно. Ну так что?

— В общем я с ним поговорил на тему штрафного батальона и встретил определенное понимание с его стороны.

— Да ладно⁈

— Так точно. Так что можете смело подавать прошение о его создании.

— Хм-м. Ясно.

— Ну и такой момент товарищ полковник, думаю, что очень скоро в Афганистан стаей падальщиков налетят всяческие проверочные комиссии, что станут разбираться с неуставными отношениями, но не формальные, как это обычно бывает, а вполне реальные с одной целю — найти. Думаю, от того, найдут они или нет, будет напрямую зависеть их дальнейшая карьера, но тут вы лучше меня все знаете.

Громов кивнул, задумчиво сказав:

— И полетят головы… или не полетят, но тогда все они будут по гроб жизни обязаны маршалу за его милость… Твоя работа?

— Так точно.

Сами понимаете, я сделал ставку на товарища маршала и заинтересован, чтобы он, если вдруг станет министром обороны, а таковая вероятность весьма высока, продержался на этом посту как можно дольше начав тянуть меня наверх, а неуставняк в виде дедовщины и землячеств — мина замедленного действия под его креслом, коя обязательно очень мощно рванет в условиях воюющей армии.

— Я тебя понял. Ну что же, спасибо за предупреждение, капитан.

Анатолий кивнул. Своим предупреждением Киборгин подцепил полковника еще одним крючком, теперь Громов пользуясь инсайдом и наведя порядок не просто сохранит свои позиции, но может использовать это как ступеньку наверх, дескать вот он какой я, у меня в дивизии все ровно, и даже если проверяющие что-то найдут, а без этого никак, то на фоне других командиров запустивших свои подразделения, станет выглядеть в гораздо более выигрышном положении, что называется: весь в белом.