6
0
«Я даю тебе бесценный опыт работы!» — высокопарно заявлял он мне. Может, так совесть свою успокаивал.
Но за что стоит быть благодарной Прани, так это за то, что обучил грамоте Катрину. В приюте детей этим не утруждали, делая упор на физическом труде. Пусть и сделал он это для того, чтобы она могла читать его конспекты со времён учёбы и книги по профилю для самообразования. Чтобы самому лишний раз не утруждаться, тратя на это время.
В «Белой лилии» было непривычно людно. Поглазеть на высоких гостей набилось много народу, несмотря на высокие цены в заведении.
— Где мне найти лаэра Дагара? — пробился к хозяину за барной стойкой Чиж.
— Они в конюшне, — ответил Деб, приветственно мне кивнув. — Зайди потом, Марта твой любимый пирог испекла. Я скажу тебе отложить кусок.
— Спасибо! — не стала отказываться я.
Всё же хороший он мужик, не жлоб. Но если к Прани приезжают из других городов, мы им тоже «Белую лилию» советуем. А после того, как я у его дочери сына приняла, повитуха не справлялась, сложные роды были, меня всегда здесь чем-нибудь вкусненьким угощают. Правда я тоже совесть имею и без дела не захожу."
"«Какие же они огромные!» — была моя первая мысль, когда я увидела стоящих возле стойла мужчин. Двухметровые, широкоплечие громилы с военной выправкой отличались от всех виденных мною здесь мужчин как пони от породистого скакуна.
Конюхи жались у входа в конюшню, с любопытством следя за ними, но опасаясь приближаться. Только Чиж с уверенным видом направился к новоприбывшим, громко заявляя:
— Лаэры, я привёл целительницу, как и обещал!
Мужчины как один повернулись на его голос, и я сглотнула, едва не споткнувшись. А спереди они ещё эффектнее, чем сзади: все как один красавцы с аристократичными, мужественными чертами и с мощной мужской энергетикой.
И вот этот набор тестостерона уставился на меня. Недоумение на их лицах сменилось скептицизмом, больно кольнув по самолюбию, особенно после слов одного из них:
— Мальчик, я правильно понимаю, что ты эту серую уточку назвал громким словом целительница?!
Щёки тут же заполыхали от унижения. Я прекрасно понимала, насколько жалко и непрезентабельно выгляжу в своём нищенском приютском одеянии, особенно на их фоне.
А потом внутри вспыхнула злость. Так и хотелось сказать: «Вам шашечки или ехать»? Что и сделала в следующий момент, гордо вскинув голову и немного перефразировав:
— Вам требуется лошадь вылечить или внушительного вида целитель?
Мужские глаза изумлённо округлились. А я была уязвлена настолько, что даже книксена не сделала, приветствуя их. Смотрела прямо, как на равных. Можно было бы подобное бесстрашие оправдать тем, что читала про драконов и знала, что у них принято одинаково уважительно относиться к женщинам любых сословий. То есть не обидят.
