3
0Странно, что в прошлой жизни я не замечал, какая у меня сестренка хрупкая, считал ее стервозной дурой.
— Да куда… еще мешок… — Наташка всхлипнула, пнула вещи.
— Ну идем искать такси, — предложил я.
— Ты с дуба упал? — возмутилась она и на минуту ожила. — Лучше мне отдай…
Встрепенувшись, Наташка заметалась, потом о чем-то задумалась, ее рот искривился, и она заревела.
— Двадцать пять ты-ы-ысяч!
— Где они лежат? — спросил я.
— Тумбочка, где телефон. Я-ащик…
— Сейчас. Жди.
Я рванул назад, особо ни на что не рассчитывая. Ну а вдруг? Позвонил в дверь, заметив движение за глазком, прокричал:
— Верните деньги девочке.
Никто не открыл и ничего не ответил. Ну а на что я рассчитывал? Накатила злость. Захотелось схватить топор и крушить, ломать дверь, чтобы поролон из подкладки лез, как выпущенные кишки. Сжались кулаки, я вдохнул-выдохнул… И тут меня осенило! Я прислонился к двери, постучал кулаком и прокричал:
— Эй, вы, там! Хочу сказать важное.
Вроде бы возня стихла — незваные гости насторожились, прислушались.
— Завтра же вы уйдете отсюда, потому что нельзя лишать людей жилья. Вам будет очень стыдно! И вы уйдете.
— Да пошел ты!.. — взревели за дверью. — Ща как выйду, и звездец тебе, сопляк!
На одного точно внушение не подействовало, а что с остальными? Щелкнул замок, и я рванул вниз по лестнице, потому что драться с тремя здоровыми мужиками не собирался. Когда вышел из подъезда, Наташка на меня даже не посмотрела, была уверена, что никто мне деньги не отдал.
— Как мне теперь жить? — всхлипнула она. — Опять спать на диванчике? Место мое — у пара-аши…
— Это временно, — успокоил ее я. — Мы обязательно что-нибудь придумаем, только Андрей должен вернуться.
— Андрей — с бандитами?
— Были бы деньги, бандиты найдутся, — утешил ее я. — Идем искать такси, бей посуду — я плачу. Не вешай нос, справимся!
Вроде услышала меня, порозовела. У поворота я обнаружил «копейку» с шашечками, сторговался с водителем на тысяче, посадил Наташку на заднее сиденье, а вещи определил в багажник.
— Какой у тебя парень заботливый! — проговорил дедушка-водитель.
Наташка запрокинула голову и рассмеялась.
— Дождешься от него. Никогда не позовет!
— Почему же? — искренне расстроился дед.
— Потому что он мой брат!
Дед переменился лицом, улыбнулся.
— Надо же! Какой хороший брат! Я своим сколько ни говорю, что сестры и братья — самые родные люди на земле, и надо дружить. Вот я один, всех в войну убило, так это скверно. И жена сирота. У нас аж шестеро детей! Младшему шестнадцать. Так не дружат, собачатся. А вы — молодцы.
