3
0
Точно, на стене служит один его знакомый! Твердохлебов Самсон Андреевич. Кем он там трудится, непонятно, но, если посоветовать Борису подойти к нему и передать привет от Смирнова Эдуарда Аркадьевича, авось чем и поможет.
Это все, что придумал сержант, дабы как-то отплатить Солнцеву. Он изменил маршрут, чтобы заскочить в его купе. Когда зашел, то две барышни сообщили, что его увели военные по приказу Бердяева в вагон охранников.
— Вот же таракан усатый! — вырубался едва слышно Смирнов, когда узнал о задумке лейтенанта. Решил не просто парня «уберечь», но и проучить его? — сержант ускорился.
* * *Володя молчал, я тоже не сильно горел желанием общаться. И так уже свою норму перевыполнил. Я не самый разговорчивый человек. Когда у тебя есть голос бога, то можно нечаянно таких дел наворотить…
И я натворил, пока учился управлять им — тренера под боком не было, все сам. Да и жизнь на рудниках никак не располагала быть балаболом.
Наша дверь открылась, и зашли двое военных. Лица довольные, будто девок нашли, которых собрались мять. Я затолкнул свою сумку поглубже под ноги.
— Господа аристократы! — обратился один из них. — Наша служба и опасна, и трудна. Вы вот отправляетесь на стену, поэтому много вещей с собой не нужно. Все необходимое выдадут. Открываем ваши сумки для проверки личных вещей. Излишки пожертвуете добрым охранникам, которые доблестно вас сопровождают до места несения службы.
— Не тушуемся, девочки, — подхватил его манеру второй солдатик. — Открываем и показываем барахлишко.
Сука, отец! Решил избавиться от моих документов на наследство Солнцевых? Посмотрел на Володю, тот послушно расстегнул свою сумку. Бравые бойцы с огромным любопытством вытаскивали оттуда новые вещи, весьма дорогие. Борзов смотрел на них с такой ненавистью, что казалось, сейчас набросится.
Ребятишкам этого было мало. Унизить аристократа и обокрасть, а он на стене и пикнуть не сможет. Кто, что… У них же на шеях не висят удостоверения личности. Военные отдали Володе только спортивный костюм, все остальное, кроме нижнего белья, они забрали себе, как и сумку.
Потом попросили его снять то, во что он сейчас одет. Ему и одной одежды хватит, на стене все выдадут. Володя стал стягивать с себя пиджак. Я закипел."
"— Мальчики, я, конечно, понимаю, что вы любите переодеваться и потом друг друга трогать. Мне ли вас судить за ваши грязные фантазии сделать «это» в одежде аристократов?
Сначала открыл рот и выпучил глаза Борзов, Володя даже перестал раздеваться. Солдатикам моя шутка не понравилась, но я и не сильный юморист по жизни. Они оставили сумку моего знакомого и подошли ко мне.
Уперли два ружья в грудь.
