1
0И если первый контракт был на строительство всего одного здания, то в процессе аппетиты выросли. И стороны решили вместе построить жилой квартал и всю инфраструктуру.
На плечо мне ложится тяжелая Сашина ладонь. Пальцы другой привычно гладят волосы. Одно легкое прикосновение – и на душе становится легче.
– Все это так, – крякает он, стоя у меня за спиной. Я не вижу его лица. Но стальные нотки в голосе ничего хорошего не сулят. – Но у нас, друзья, утечка информации. Вас я никоим образом не подозреваю. Но шпиона важно найти и… раздавить.
– Почему он всплыл сейчас? – ощерившись, замечает Лиманский.
– Да никому! – огрызается Саша. Его пальцы плавно перебираются мне на шею. От каждого движения, медленного и ласкового, по телу расплывается тепло. Хочется подскочить к любимому. Обнять…
– Оставь Настю в покое и сядь на место, – командует Лиманский. – Давай быстро наметим круг подозреваемых, и я поеду, – вздыхает он, выразительно глядя на часы.
– Езжай уже, – нетерпеливо бросает Димиров, зарываясь пальцами под воротник моего свитерка. – Это работа безопасников. Они разберутся. Но для меня сейчас важнее, что вы оба непричастны, – ворчит он и добавляет устало: – Не знаю, как я бы жил дальше…
– Да ладно тебе, чувак, – поднимается со своего места Герман.
Двое крепких мужчин лишь на минуту стискивают друг друга в объятиях. Жмут руки на прощание. Единомышленники и друзья. Жаль, у нас с Катей так не получилось. Я часто о ней вспоминаю и все никак не могу понять логики ее поступков. Зачем она пакостила мне и притворялась подругой? Зачем?
– Иди ко мне, – слышится рядом голос Димирова. Подскакиваю навстречу.
– Дверь закрой, – привычно шепчу я. Ясное дело, до дома Саша не утерпит.
Но звонок сотового отвлекает Димирова."
"– Да? Кто? – рычит он в трубку. Бросает на меня настороженный взгляд. И наскоро закончив разговор, спрашивает мрачно: – Кто такой Масловский, Настя?
В голосе чувствуется усталость и какой-то надлом. Я даже вижу, как меняется Сашин взгляд, как в нем появляется холодная ярость.
Он никогда так не смотрел на меня!
Руки дрожат.
– Где твой телефон? – спрашивает Димиров устало. – Принеси.
Отвернувшись к окну, трет затылок, словно решает, как со мной поступить.
Со всех ног несусь к рабочему месту. И выхватив из сумки айфон, возвращаюсь обратно. В груди зреет дикая решимость.
Если Саша не верит мне, я уйду. Просто развернусь и уйду. Даже доказывать ничего не буду. Подойдя к приемной, выдыхаю. Нет смысла лезть в бочку раньше времени.
