2
0Я знала, что его собственная разрядка подкрадывается к нему, потому что чувствовала, как его пенис начинает набухать и пульсировать.
— Дейн…
— Кончи со мной, — он впился зубами в мою шею, и я кончила. — Это моя девочка, — он продолжал входить в меня, вонзаясь сильнее, быстрее — почти дико. Затем он вонзил свой член глубоко и кончил.
Силы, казалось, оставили нас обоих, и мы обмякли. Из-за веса его тела мне было трудно отдышаться, но мне было все равно — мне нравилось чувствовать его так близко. Поэтому я провела пальцами по его волосам, слегка почесывая кожу головы.
Наконец, Дейн позволил моим ногам соскользнуть со своих плеч и опуститься по бокам.
Отстранившись, убрал челку с моего лица.
— Люблю тебя, малышка, — сказал он низким и мягким голосом. — Ты сказала мне, что тебе не нужны слова, но ты заслуживаешь их услышать. Я не хочу, чтобы ты когда-либо сомневалась в том, что я чувствую к тебе. Мне нужно, чтобы ты знала в глубине души, что ты — самое важное в моем мире. Мне нужно, чтобы ты знала, что я никогда не смогу полюбить кого-либо так, как люблю тебя.
У меня защипало глаза и зачесалось в носу. Я не ожидала такого заявления. Не была готова к этому. Мне не нужно было спрашивать его, уверен ли он — Дейн никогда бы не сказал этих слов, если бы они не были правдой.
— Глядя на тебя, я не могу сказать, когда это произошло. Я просто знаю, что люблю тебя, и это никогда не изменится.
— И я люблю тебя. Я не знаю, чем заслужил тебя, но я никогда не дам тебе повода сожалеть о том, что ты моя. Никогда, Виена. Ты можешь на это рассчитывать. На меня.
— Я знаю. Ты был лучшим фальшивым мужем на свете, так что не сомневаюсь, что из тебя получится лучший настоящий муж на свете.
Низкий, раскатистый смешок сотряс его грудь.
Я разинула рот.
— Ты только что рассмеялся.
Он уткнулся носом в мою шею.
— Это был кашель.
— Нет. Не волнуйся, я никому об этом не расскажу.
— Что я кашлянул?
Я игриво ударила его по плечу.
— Ты смеялся. Я слышала.
И я была полна решимости сделать так, чтобы это повторилось. Он заслуживал иметь дом, наполненный смехом, а не страхом и тревогой, каким был дом его детства.
— Ты захочешь переехать в дом побольше, когда у нас будут дети?
Он нахмурил брови.
— Зачем нам нужен дом побольше? Сколько детей ты хочешь?
— Нам не нужен дом побольше, если только ты думаешь, что не справишься, деля свое пространство с шумными малышами.
Он пожал плечами.
— Я справлюсь. Ты не ответила на мой вопрос. Сколько ты хочешь?
— Двоих или троих, — или, может, четверых.
— Хорошо. Мы займемся этим через несколько лет. Не хочу пока ни с кем тебя делить.
