2
0
— Просто потому, что он не заботится о тебе, не значит, что он не может заботиться ни о ком другом.
Боль промелькнула на ее лице.
— Если ты правда так думаешь, то могу сказать, что это ты его не знаешь. Но с другой стороны, я не думаю, что золотоискательницам есть до этого дело. Вот, кто для тебя Дейн. Мешок с деньгами. Такие девушки, как ты, — продающие себя за наличные, вызывают у меня отвращение.
— Не только наличные. Я с радостью принимаю чеки. Золото. Акции.
Она усмехнулась.
— Он прекрасно занимается благотворительностью.
— Думаю, ему захотелось почувствовать себя нищибродом.
— Странно ли быть замужем за мужчиной, который не хочет спать рядом с тобой по ночам?
— Понятия не имею. Я еще не оказывалась в такой ситуации.
— Чушь собачья, — выплюнула она. — Знаешь, что нечестно?
— Что ты лишаешь деревню ее драгоценного идиота?
Ее губы сжались.
— Думаешь, самая умная?
— Вообще-то, да. Я также думаю — как и Дейн, кстати, — что твое мнение не имеет значения, так что… — я хотела обойти ее, но она снова встала передо мной.
Ее глаза вспыхнули.
— Не смей отмахиваться от меня, как от ничтожества.
— Тогда не веди себя как тупая дешевка.
Она втянула воздух и отстранилась.
— А теперь, как бы я ни была благодарна тебе за то, что ты нашла время развлечь меня подобным образом, мне нужно, чтобы ты убралась нахрен с моего пути.
— Я еще не закончила…
— Ты закончила, — вмешался знакомый голос.
Джен подпрыгнула. Ее лицо побледнело, когда Дейн вышел из тени, его глаза были холодными, а лицо суровым.
Он склонил голову.
— Скажи мне, Джен, почему ты считаешь, что имеешь право так разговаривать с моей женой?
Она горько скривила губы.
— Твоя жена? — она усмехнулась. — Никогда не думала, что доживу до того дня, когда ты позволишь кому-то одурачить себя. Оказывается, печально известного Дейна Дэвенпорта действительно можно обмануть. Неужели ты искренне веришь, что она любит тебя?
Джен усмехнулась.
— Ошибаешься, мой дорогой Дейн. Она манипулировала тобой с самого начала, а ты был слеп к этому. Честно говоря, мне за тебя стыдно.
Он вскинул бровь.
— А за себя сейчас?
— Все видят, что она водит тебя за нос. Все, кроме тебя.
— Что я ненавижу, так это то, что люди считают, что могут относиться к Виене как к куску дерьма. Не думай, что то, что ты жена моего брата, спасет тебя, Джен. Этого не произойдет. А теперь иди в свой номер и протрезвей.
— Ей нужны только твои деньги, — настаивала Джен, сжимая свой бокал так крепко, что было удивительно, как он не треснул.
