2
0
Джуниор выбежал из гостиной с игривым боевым кличем и обнял меня за ногу.
— Ты привезла свою кошку?
Улыбаясь, я взъерошила его волосы.
— Не могу. Она, вероятно, поцарапала бы Рейнджера. Она девочка с характером.
Он надулся и отпустил мою ногу.
— Я хочу ее увидеть.
— Однажды я возьму ее. Обещаю.
— Как поживает Блу? — спросила Мелинда, когда мы вошли в гостиную.
— О, прекрасно, — ответила я. — Хотя она не отходит от Дейна.
Ее рот скривился.
— Я заметила это, когда мы были у вас в понедельник. Похоже, он не знает, как обращаться с кошками.
— Он ворчит на нее, но она ему нравится.
Я работала дома в понедельник и вторник, чтобы Блу не была одна в доме. Но она в любом случае никогда не была одна.
Ежедневно приходили домработницы, и женщины суетились вокруг нее.
Однако Блу не искала компании. Если только это не был Дейн. Она обожала его и постоянно терлась о него всем телом. Хотя она мурлыкала при мне. Немного. Один раз.
Уайатт поднял взгляд с кресла.
— Привет, милая. Черт, ты выглядишь неважно.
Я бросила на него неприязненный взгляд.
— А ты, надеюсь, больше не краснеешь при виде нижнего белья, — прошептала я в присутствии Джуниора, хотя он был в наушниках и играл на своем планшете на диване.
Уайатт нахмурился.
— Ханна могла бы предупредить меня.
Мелинда хихикнула и подняла брови, глядя на меня.
— Кофе? Чай?
Я взмахнула рукой.
— Нет, спасибо, — честно говоря, меня еще немного поташнивало от похмелья.
Мелинда жестом пригласила меня следовать за ней через арку, которая вела в столовую, и уговорила сесть за стол. Она подошла к своему компьютерному столу и порылась в одном из ящиков. Вытащила маленькую белую коробочку, а затем повернулась ко мне.
— Итак, я позвала тебя сюда, потому что… я собиралась отдать тебе это в понедельник вечером, но подумала, что будет лучше, если мы останемся одни.
Заинтригованная, я выпрямилась.
— Хорошо.
Она села за стол рядом со мной.
— Я знаю, что у тебя есть свои старые, новые, заимствованные и синие вещи, но… ну, я надеялась, что ты, может, прикрепишь это к своему свадебному букету или к клатчу.
— Что это?
— Взгляни сама.
Я взяла у нее коробку и осторожно сняла крышку. Мои губы приоткрылись. Внутри была большая английская булавка, на которой были прикреплены четыре маленьких амулета.
"На крючке — шестипенсовик, подкова, голубое сердечко и фоторамка, на которой Саймон держал меня на руках, когда я была маленькой.
У меня перехватило дыхание, и я посмотрела на нее.
— Мелинда… спасибо тебе.
— Меня вдохновило то, что моя подруга сделала подобное для своей дочери, — она прикусила нижнюю губу. — Мне жаль, что я была немного жестка с Дейном с тех пор, как Тревис рассказал мне о трастовом фонде. Я просто… я так боялась, что тебе причинят боль, поэтомутак себя вела.
