Разве что зубы лязгали с перепугу так, что слышно было на всех этажах башни и, возможно, даже в крайних домах села. Там уже кое-где свет зажегся. Люди, наверное, проснулись, если вообще спали под аккомпанемент стрельбы и взрывов, и теперь с удивлением прислушивались, пытаясь понять, что за странные звуки, забивающие выстрелы, до них доносятся.
— Товарищ старший лейтенант. — Теперь уже Скворечня говорил громко. — Основная часть отряда на подходе. Вот-вот прибудут. Они были на операции, когда эмир Магомед принял решение о выступлении, не дожидаясь основных сил. Эмир опоздать боялся и упустить Рифатова.
— Понятно. Я так и думал. Какое вооружение в отряде? Полюбопытствуй…
Опять послышался тихий разговор. Потом младший сержант громко сообщил:
— Четыре ручных пулемета, несколько разовых гранатометов «Муха», четыре гранатомета РПГ-7, ПЗРК «Стингер». Естественно, автоматы, пистолеты, гранаты.
— «Стингер» откуда?
Помешав младшему сержанту ответить, в стену башни ударила осколочная граната от РПГ-7. Стена выдержала. Хорошо, что попали не в угол. Башни обычно разбиваются выстрелами по углам, как и любые нецельнолитые железобетонные строения.
— Купили в Грузии, — сказал младший сержант Скворечня, когда стих грохот после взрыва гранаты.
Мне сквозь щели в перекрытии было видно, как Тицианов достал мобильник одновременно с последними словами младшего сержанта.
— Старший лейтенант Тицианов. Слушаю вас, товарищ майор. Да. Я как раз сам хотел вам звонить. Да. Нужна. Хорошо. «Ночной охотник»? Я их в деле не видел. Но к банде Магометова подошло подкрепление. У них есть ПЗРК «Стингер». Хорошо бы предупредить вертолетчиков, во избежание осложнений. Да.









