А потом заставили бы лежа сплясать какой-нибудь национальный танец. Обкуренные, я слышал, хорошо пляшут. Но при таком большом численном превосходстве бандитов у них будет и преимущество в плотности огня. Даже обкуренные, они могут грамотно провести атаку и просто не дать нам высунуться из окон для прицельной стрельбы навстречу. А во время рукопашки они будут не только драться руками и ногами, они будут еще и стрелять. И пока ты с одним или с двумя противниками схватишься, третий, свободный от схватки и имеющий возможность сориентироваться, будет в состоянии расстрелять тебя.
А скоро все началось, при этом элементарно просто. Сначала было произведено три выстрела из гранатометов. Два первых, судя по звуку, из разовых гранатометов «Муха». Было опасение, что, если бандиты попадут в угол, башня развалится. Но они по глупости стреляли в окна. А попасть в узкое окно из гранатомета с дистанции в семьдесят метров может только хорошо обученный и тренированный специалист-гранатометчик. Бандиты не попали. Одна граната вообще ушла в сторону рядом со стеной и ударила в стену второй башни.
"— Эй, под палубой? Никто не пострадал? — спросил я.
— Песок горячий за шиворот сыплется, — пожаловался Варламов.
— Это хорошо, без костра согреешься.
— Насчет костра — это мысль, товарищ старший лейтенант, — что-то придумал рядовой.
— Докладывай свою мысль.
— Я понимаю, что в темноте мы костром показали бы, где расположены окна. А сейчас окна так и так видно. Давайте разведем костер. Дым вверх потянется. Бандиты подумают, мы сигнал кому-то подаем. Будут думать и гадать, еще время потеряют. А потянуть время — наша задача.
— Резонно, — согласился я.
— Я сделаю, — взялся за работу Скворечня.
И он сразу приступил к делу.









