3
0
– Вы правы, это паранойя. Простите. Нервы ни к черту.
– Что так? – участливо поинтересовался Иван Сергеевич.
– Дело в том, что меня уже несколько раз пытались убить.
– Ах вот как. Весьма интересно. В таком случае наше знакомство тем более полезно и содержательно.
– Вы полагаете?
– Убежден. Ну что, идемте?
В палате было много света и простора. Кровать стояла по центру у окна, по соседству с ней на тумбочке возвышалась гора фруктов, как на фламандском натюрморте, и графин с ярко-рыжим морковным соком. Шергин-старший лежал с закрытыми глазами и поднятой на воздух загипсованной ногой.
– А, сын, – не поднимая век, сказал он. – Наконец-то вспомнил о родителях.
Федор откашлялся.
– Здравствуй, отец. Как ты себя чувствуешь?
– Нормально я себя чувствую, – немного раздраженно ответил Шергин-старший. – Мать небось сказала, что помираю? Ничего подобного. Морковку ем и пью, мать велит – говорит, кости быстрее срастутся. Понос от этой морковки уже замучил.
Он открыл глаза и спросил недовольно:
– Это кто с тобой?
Гость выступил вперед:
– Позвольте, Михаил Александрович, представиться…
– Не позволю, – перебил его Шергин-старший.
Ивана Сергеевича это не обескуражило.
– В таком случае, к делу. Буду краток. Вы, как мне представляется, человек честный и порядочный…
– Идите к черту с вашими преферансами.
– …и, очевидно, – не моргнув глазом продолжал чиновник, – именно по этой причине оказались в этом несчастном положении…
Федор замер с вытянутой шеей, как птицелов в кустах. Шергин-старший, напротив, задвигал руками и здоровой ногой, подползая вверх по подушке.
– …поскольку, надо предполагать, некоторые события в нашей жизни случаются как раз для того, чтобы мы задумались, туда ли, по той ли дороге мы идем."
"Шергин-старший нашарил возле морковного графина телефон.
– Я вызываю милицию, – заявил он. – Федор, держи этого подосланца, чтоб не сбежал. Сейчас разберемся, кому тут нужно задуматься о неправильной дороге.
Федор нерешительно шагнул сперва к двери, затем к «подосланцу», который оставался совершенно спокоен.
– Бог мой, вы меня совсем не так поняли. Я не имею никакого отношения к нападению на вас, уважаемый Михаил Александрович. Я всего лишь хотел сказать, что, возможно, это знак, который вы не должны оставить без внимания. Знаки окружают нас повсюду, но, к несчастью, не многие умеют их читать. Очевидно, из-за этой метафизической безграмотности мы все время идем не туда, куда нам нужно.
– Нам – это кому? – с подозрением спросил Шергин-старший, не расставаясь с телефоном.
– Всем честным русским людям.
