0
0Услышав это, резко переворачиваюсь на спину, запоздало понимая, что это действие вынуждает функционировать мой организм и обнажает меня в прямом и переносном смысле перед Филиппом.
Едва за Тёмой закрывается дверь, натягиваю одеяло до подбородка и безуспешно пытаюсь сделать вдох. Кислород выжигает в груди все живое.
– Не ожидал от тебя, – звучит справа тихий низкий голос.
Заставляю себя повернуть голову в ту сторону и упираюсь взглядом в плоский живот. Натянув джинсы, Филипп застегивает ширинку.
– Я от тебя тоже, – выдавливаю первое, что приходит в голову.
Что бы я сейчас не сказала, не изменит того, что больше я для него не существую.
Усмехнувшись, щелкает пряжкой ремня и поднимает свитер с пола.
– Рад был помочь разнообразить вашу интимную жизнь, – говорит, просовываю голову в ворот, – зовите, если надумаете повторить.
Я знала. Примерно этого и ожидала и даже не пытаюсь прикрыться от летящих в меня дротиков. Главное, дотерпеть до того момента, когда за ним закроется дверь.
– У нас все по записи, Фил. Ближайшие два месяца заняты.
– А сегодня мне, значит, свезло? – удивленно заламывает бровь.
– Да, появилось окошко…
Кивнув, он забирает с тумбы свой телефон и ключи от машины.
– Зря ты со мной тогда не пошла.
Глава 14
Дверь за ним закрывается. Слышу приглушенные низкие голоса, агрессивные Тёмины выкрики. Потом до слуха доносится звук глухого удара и звон падающих на пол предметов.
Я не хочу в этом участвовать и даже вникать не хочу, поэтому отгораживаюсь от действительности тем, что прячусь с головой под одеяло.
Мне холодно, грязно и страшно.
Я не представляю, как мы с этим справимся.
Скоро все звуки стихают. Вероятно, Эйне ушел, а Тёма принимает душ. Однако ни через десять, ни через двадцать минут его нет, а я сильно хочу помыться.
Сползаю с кровати и плетусь в ванную. Тёма на кухне. Стоит голый в темноте у окна и курит. Меня не замечает или только делает вид.
Я захожу в ванную и закрываюсь изнутри. Моюсь недолго.
Смысл?..
Такое не оттереть и не отскоблить.
Смываю пот и подмываюсь. Потом, обмотавшись полотенцем, неслышно выскальзываю из ванной и быстро шлепаю в комнату босыми ногами.
Артем все еще в кухне и лучше бы там и оставался.
Надеваю чистую пижаму и срываю с кровати постельное белье, меняю на свежее и прячусь под одеялом.
Не спится и не плачется. Мозг атакуют мысли о завтрашнем дне.
Что делать? Как существовать дальше?
С Эйне все ясно, и в ту область своих мучений я пока даже не заглядываю. Это как по ампутированной ноге плакать. Да, невыносимо больно, но ее уже не вернешь, и с этим после реабилитации можно как-то жить.
С Тёмой как теперь?..
