0
0Извращенец долбанный!
Прижимаюсь плечом к зеленой деревянной двери и, нажав на ручку, вваливаюсь в кабинет. Наливаю из кулера стакан воды и выпиваю залпом.
Мне плевать на его дружков, честно, но… Эйне!..
Закрыв руками лицо, мысленно стону.
Слышу, как открывшаяся дверь пропускает внутрь Артема. Узнаю его мгновенно по сладковатому запаху кальяна и свежему аромату туалетной воды.
– Крис, детка, ты чего? – язык немного заплетается, но на ногах стоит твердо.
– Что ты им показал? – спрашиваю, прижавшись затылком к стене.
– Ничего, – делает шаг вперед и прижимается ко мне всем телом.
Знакомый приемчик. Отвлечь сексом от собственных косяков.
– Что. Ты. Им. Показал. – чеканю, сглатывая вязкую слюну.
– Кри-и-ис… – скользит губами по щеке к уху, поддевает языком мочку, – Кристинка, ты опять накручиваешь…
– Я видела, как они смотрели.
– Я показывал фотки с катера, на котором мы с тобой катались.
Перед мысленным взором проносятся те снимки. Ничего непристойного. Я на них в раздельном голубом купальнике на корме и за штурвалом.
– Что еще?
– Ничего, – выдыхает влажно, – детка, ты же знаешь, те фото только для меня.
Немного отпрянув, подцепляет мой подбородок костяшкой пальца и с улыбкой смотрит в глаза. Он превосходный лжец, если захочет обмануть – комар носа не подточит.
– Удали их.
– Без проблем, – соглашается легко и, тут же достав телефон, вычищает галерею под моим пристальным контролем.
– Все? – поднимает ладони вверх, – инцидент исчерпан?
– Еще раз снимешь меня спящей, я разобью твою камеру, – тычу указательным пальцем в его грудь.
– Воу – воу, полегче, – смеется, поддевая меня под ягодицы и вынуждая обвить ногами его пояс.
Обнимаю руками шею и цапаю нижнюю губу зубами. Тёма со стоном врезается в меня бедрами.
– Почему они так смотрели на меня? – шиплю, встречая второй толчок.
– Потому что у них всех на тебя встал, – шепчет он, – Крис… бл*дь… меня это так возбуждает!
Глава 2
Артем Бурковский мой сводный брат. Наши родители, мой отец и его мать, поженились ровно за полгода до гибели папы в автомобильной аварии. После его смерти наша семейная кофейня уплыла в руки безутешной вдовы и уже через три месяца стала называться баром «Старый лес».
Мой отец не был успешным дельцом. Пока была жива и здорова мама, здесь был тихий уютный семейный ресторан. В топ десять самых дорогих ресторанов Москвы он не входил, но постоянных клиентов у нас было больше, чем достаточно. Потом мама заболела и умерла, когда я заканчивала школу.
Дела ресторана пошли хуже, и примерно через год отец значительно сократил зал и сделал из него небольшую кофейню. Содержать ее было гораздо проще, и она, если не процветала, то уверенно держалась на плаву.
