Ткань наших душ

Я просто хотел подарить тебе хороший день и увидеть твою улыбку. Сегодня мне было так весело с тобой, как никогда за последние годы. — Его голос уязвим, и мое сердце трепещет. — Ты возвращаешься сама или заедешь в тату-салон? Там может быть Лиам, — предупреждает Лэнстон, но его тон спокойный.

Мы оба знаем, что у Лиама золотое сердце. Он имеет дело с демонами, которых я даже не могу понять.

— Покажи дорогу.

Тату-салон находится в нескольких кварталах отсюда, и когда я вижу белую «Камаро» Лиама, припаркованную перед входом, у меня все переворачивается внутри.

Лэнстон сочувственно смотрит на меня и подает руку.

— Если он здесь, значит, готов извиниться. Ты видела, как я его толкнул? Он бы не вернулся после такого, если не готов извиниться, — саркастически говорит он.

Я с надеждой улыбаюсь вместе с ним. Но мне все еще больно от того, что Лиам сделал раньше.

Когда мы заходим в салон, я с облегчением замечаю, что он пуст. Кто-то кричит сзади, чтобы мы шли туда, и Лэнстон уверенно ведет меня за собой."

"Интересно, сколько раз он здесь бывал. Лэнстон всегда носит худи и свитера с длинными рукавами, поэтому я даже не знаю, сколько у него татуировок.

Лиам, с другой стороны, — я неделями навязчиво изучала его тело. Не думаю, что есть хоть одно тату, которое я не смогла бы вспомнить.

Пистолет для татуировки жужжит, когда мужчина склоняется над головой Лиама. Он делает какую-то татуировку за его ухом. Я кривляюсь. Это выглядит невероятно больно, но лицо Лиама невозмутимо, по крайней мере до тех пор, пока он не поднимает глаза и не видит нас обоих.

Лэнстон скрещивает руки.

— Начали без нас?

Лиам улыбается, но не отвечает. Мы садимся и ждем, не желая мешать татуировщику.

Я стараюсь не сосредотачиваться на Лиаме. Не готова поднять глаза на него и увидеть тот холодный взгляд, которым он смотрел на меня раньше.

— Ладно, Невер, ты следующий.

Лэнстон встает и меняется местами с Лиамом.

Я отвожу глаза, когда Лиам садится рядом со мной, и стараюсь не думать ни о чем, связанном с сегодняшним днем, кроме книжного магазина и кофейни.

Он кладет свою руку поверх моей, и я наполовину готова плакать, а наполовину — выругать его за то, что он был гребаным мудаком.

Но когда поворачиваю голову и наши глаза встречаются, у него извиняющаяся улыбка и уставшие глаза.

— Прости за то, что случилось, Уинн.

Интуиция подсказывает мне немедленно простить его и больше никогда об этом не говорить. Но он выглядит так, будто хочет еще что-то сказать, поэтому я не перебиваю его.

— Я потерял себя на некоторое время. Теперь я все понимаю… Прости, что я так смотрел на тебя и говорил то, что говорил.

Его глаза не отрываются от моих ни на секунду.