Тайный враг для попаданки

Кстати, раз уж ты здесь… Кажется, я должен был назначить тебе наказание за нарушение дисциплины. Но совершенно забыл. Видишь те письма?

Он указал на конверты всех цветов и мастей, сваленные в кучу на полу. Было ощущение, что их туда сгребали ногами.

– Давай-ка рассортируй их по датам и степени важности. На какие надо сразу ответить, какие отложить, а какие вообще ответа не требуют. Те, на которые я лично должен отвечать, в одну стопку, остальные – передай секретарю. Ну, ты поняла?

Я растерянно поморгала. Но все же поднялась с кресла и направилась к этой куче. Склонилась над ней и задала последний вопрос:

– А что будет, если я все-таки обернусь? Только не в дракона, а в феникса.

За спиной воцарилась мертвая тишина.

Спустя долгую паузу, в течение которой слышался только шорох бумажек, ректор сказал:

– Это невозможно.

Но голос его звучал хрипло и не очень уверенно. Поэтому я выпрямилась и, глядя на него, развела руками:

– Если бы. Я уже почти обернулась. Айзен видел перышки.

Драмиэль побагровел. То ли имя принца на него так подействовало, то ли мои перышки.

– Это невозможно! – повторил он таким тоном, будто убеждал не меня, а себя.

 – Я добавил в твою защиту сдерживающие элементы. Они должны подавлять инстинктивный оборот. А сознательно оборачиваться ты не умеешь.

– Да, ваш браслет помогает сдерживать эмоции. Но я не вру, я почти обернулась, и это было совсем не больно.

Он уронил бумаги, которые держал в руках. Они грохнулись на стол и разлетелись, а Драмиэль застыл, глядя на меня широко раскрытыми глазами, в которых плескались растерянность, недоверие и… страх.

Он боялся, но не меня, а за меня. Я поняла это сразу, едва наши взгляды пересеклись.

– Этого нельзя допустить, – выдохнул он и мешком осел в кресло. – Нельзя. Я поклялся королю своей головой, что ты неполноценный феникс и никогда не обернешься. Если был хоть один шанс, что ты способна на это, за тобой бы уже пришли…

– Кто?

– Те, с кем тебе встречаться не надо, если только не хочешь навсегда сгинуть в застенках королевской тюрьмы.

– Но почему?! – воскликнула я, теряя терпение. – Что за бред? Я опасна? Я представляю угрозу? Что со мной не так, скажите?

– Ты тут ни при чем. Просто наши законы насчет Темных однозначны.

А насчет черных фениксов вообще не менялись с тех пор, как предок нашего короля отдал приказ их всех уничтожить. Но хуже всего, что сейчас по Академии бродит еще один Темный, и он либо феникс, либо связан с фениксами. Ты это знаешь не хуже меня. Пока он не пойман, ты – главный подозреваемый.

– Отлично. Приехали. И что же мне теперь делать?

– Для начала вернуться к работе, – он кивнул на кучу писем. – Поверь, ничто так не прочищает мозги, как перекладывание бумажек с места на место.