Тайна его сердца

– Для меня это большое облегчение, должен сказать. Так не хочется думать, что мы начали ссориться, а я упустил этот момент.

– Уверена, что это невозможно.

Муж наклонился к ней и вопросительно посмотрел.

– Я редко повышаю голос… – пробормотала Айрис.

– Но когда повышаете, это зрелище, да?

Она улыбнулась, словно подтверждая его догадку.

– Почему-то у меня сложилось впечатление, что Дейзи больше всех страдала от вашего нрава.

Айрис помахала указательным пальцем, будто говоря – неправильно!

– Это совсем не так.

– А как?

– Дейзи – это… – Она вздохнула. – Дейзи – это Дейзи. Не знаю, как еще ее можно описать. Я очень долго думала, что одну из нас подменили при рождении.

– Не говорите никому об этом, – шутливо предостерег ее Ричард. – Дейзи точная копия вашей матери.

Айрис ответила ему улыбкой.

– Вы заметили? Я пошла в родню отца. Мне говорили, что у меня цвет волос, как у прабабки с его стороны. Странно, у нескольких поколений таких волос не было, а тут я подвернулась – и пожалуйста.

Ричард покивал головой.

– Мне все-таки хочется узнать, кто испытывал ваше терпение, если не Дейзи.

– О, не могу сказать, что она не выводила меня из себя. Еще как! Все время. Но скандалы с сестрой не перерастали во что-то серьезное. Так, обмен колкостями и ехидными замечаниями.

– А кто заставлял вас злиться? – мягко спросил он. – Кто доводил вас до белого каления, так, что хотелось рвать и метать?

«Ты», – чуть не сказала Айрис.

Хотя это было бы преувеличением. В самом деле, Ричард вызывал в ней досаду, ранил ее чувства, но никогда не доводил до того состояния, которое описал.

Однако ей почему-то казалось, что он сможет это сделать.

Он сможет!

– Это Сара, – решительно заявила Айрис, отвлекаясь от опасных мыслей.

– Ваша кузина?

Она кивнула.

– Однажды мы с ней поскандалили…

Глаза Кенуорти загорелись от удовольствия, он поставил локти на стол и подпер подбородок рукой.

– Я должен узнать все подробности.

– Это ни к чему, – рассмеялась Айрис.

– Нет, я уверен.

– Надо же, а еще женщин называют самыми большими любительницами сплетен.

– Дело не в сплетнях, – запротестовал Ричард. – Дело в моем желании как можно лучше понять свою молодую жену."

"– О, если дело только в этом… – хмыкнула Айрис. – Ладно. Все началось из-за музыкального вечера. Если честно, я не уверена, что вы поймете. Да и никто за пределами нашей семьи не поймет.

– Может, попробуем?

Айрис вздохнула, не зная, как объяснить. Ричард всегда был таким самонадеянным, таким уверенным в себе. Он не сможет понять, что чувствует тот, кто выходит на сцену и строит из себя дуру, прекрасно осознавая при этом, что у нее нет никаких возможностей остановить происходящее.

– Расскажите, Айрис, – попросил он. – Мне это действительно нужно.

– Хорошо.