Личный интерес

Но мне почему-то кажется, он знает наизусть все, что должен сказать его клиент. Я даже как будто слышу его интонации.

Жуть, мурашки по коже.

«ОливСтрой» создает грандиозную шумиху. Неважно, выиграют они или нет, это дело войдет в историю. Они будут бодаться на каждом заседании, дойдут до кассации. Они намерены создать прецедент."

"Минут через пять Савенко, психанув, покидает комнату отдыха. Я решаю остаться и дослушать до конца. Не из-за того, что взяла обед с собой, потратила на него семь минут и теперь свободна. И не из-за того, что меня впечатляет речь Вешневецкого.

Эти несчастные миллиардеры с попрятанными по офшорам бабками, даже урыдавшись, не тронут мое сердце.

Я смотрю на Савелия. Не отрываясь. Если к взгляду можно применить глагол «пожирать», то именно это я и делаю с Адвокатом дьявола.

Он стоит ровно, совершенно спокоен. А у меня сердце колотится как безумное и щеки горят. Изучать Исхакова настолько приятно, что не могу отказать себе в этом. К счастью, в комнате отдыха — она же столовая — никто не против. Народ ест в основном молча.

Пока к нам не присоединяется Кристина.

— Они специально это делают.

Щекочут прессе подмышки, — бросает она, глянув на экран телевизора. — А та и рада.

— Сейчас будет что ни заседание, то шоу, — дополняет Дождиков, коротко чмокая невесту в щеку.

Он пока не судья и прекрасно обходится на обеденном перерыве домашними бутербродами, один из которых дожевывает рядом со всеми нами, простыми смертными.

— Обожаю разные шоу! — восклицает Кристина, и Илья закатывает глаза.

Я вижу это, потому что как раз обернулась в поисках пульта.

— Сделай громче, пожалуйста. Интересно дослушать.

— И ты туда же? Саша, я надеялся, хотя бы тебя утомляют болтливые не в меру адвокаты и их бестолковые бенефисы! — укоряет Дождиков, подталкивая ко мне пульт.

— А что я не так сказал, Кристин?

— Шоу шоу рознь, — возражаю я.

И уже было собираюсь вернуться к просмотру, как замечаю, что Илья пульт отдал, а глаза свои подлые не отвел. И пялится странно. Не так, как обычно.

Дождиков, разумеется, в курсе, что меня ему «продали». Он победил, и я жду злорадства, но ничего подобного почему-то нет.

Сейчас нет.

— И какие же в твоем вкусе? — накидывает он.

— Назови любые три. Внимание! Саша говорит о личном.

Коллеги хихикают, пытаясь подлизаться к новоиспеченному судье. Как резко, буквально за три дня, изменилось отношение к человеку.

О том, что я перейду к Дождикову, знают трое: он сам, я и Савенко. Кристина — под вопросом. Смотря насколько они откровенны в постели. Но что-то подсказывает: Илья умеет разделять работу и личное.

— По-твоему, я такая скучная, что не смогу назвать три способа повеселиться? — Поднимаю на него глаза.

Дождиков тушуется.