Личный интерес

Когда мы проходим мимо моего кабинета, сердце сжимается. Дверь распахнута, и отчетливо видно, что внутри работает опергруппа. За моим столом незнакомый мужчина подключает к ноутбуку диск, и я всплескиваю руками от молчаливого возмущения. Еще трое в перчатках перебирают бумаги. Кристина стоит в коридоре и заламывая руки, тихонько плачет. Наш уютный рабочий мирок разрушен.

Шок.

Мне кажется, я попала в сон, страшный кошмар. Чудится даже, что на моей голове волосы шевелятся от ужаса. Мы всегда работали четко и безукоризненно. Унижение невообразимое.

Мне до такой степени страшно, что колени слабеют, и требуется сделать усилие, чтобы сохранить невозмутимость.

— Саша! Саша, ты что-то понимаешь? Что происходит? — восклицает Кристина, кидаясь ко мне.

Я сжимаю её руки, и мы впервые в жизни обнимаемся.

— Всё будет хорошо, — отвечаю я. — Сейчас следователь мне расскажет. С тобой уже говорили?

Она кивает.

Я спрашиваю тише:

— Ты позвонила папе?

Кристина отрицательно качает головой. Я показываю глазами, дескать, надо.

Мы со следователем проходим дальше, до самого конца коридора, и поднимаемся по лестнице на этаж выше.

Зал № 500 я не люблю, он тесный и старый. Но, судя по всему, именно его выделили Гришину для бесед.

Еще ничего не началось, а уже душно.

Я здороваюсь с двумя сотрудниками СК и присаживаюсь на предложенный стул.

Он тоже старый, сломанный. Спинка прогнута, и мне приходится держать спину ровно самой.

Гришин тяжело плюхается напротив.

— Ну и стулья, — бормочет себе под нос.

— Извините.

Я ловлю себя на том, что сжимаю подлокотники.

— Начнем. Удостоверение личности при вас?

Молча достаю из сумки паспорт.

Если Савенко арестовали, то она могла уже дать показания. И назвать меня соучастницей.

— Можно, пожалуйста, немного воды? На третьем и первом этажах есть кулер, я могу принести сама.

— Игорь, организуешь? И мне кофе.

Высокий худой мужчина в черной форме тут же выходит.

— Что же вы так разнервничались?

— Кто бы на моем месте не разнервничался?

Гришин листает паспорт.

— Так.… Александра Дмитриевна Яхонтова. Помощник судьи Савенко Гаянэ Юрьевны последние шесть лет, вплоть до настоящего времени, верно?

— Да.

— Проживаете по адресу…. — Гришин называет его.

— Верно.

— Как давно вы работаете с Савенко?

Он ведь только что сам сказал. Ладно. Повторяю.

— Как вы оцениваете ее деловую репутацию?

Начинается.

Лжесвидетельство, отказ от дачи показаний — статьи 307 и 308 УК РФ. Теорию я хорошо вызубрила еще в универе, номера автоматически всплывают в памяти, хотя мой род деятельности не подразумевает повторение Уголовного кодекса.

— Как блестящую.

Это правда.