Казачья кровь

 – А уж вас одного на нас пятерых всегда мало будет. Вы уж мне поверьте, хозяин. Даже Герцогиня не могла нас работой перегрузить, а женщине услужить всегда тяжелее. Так что подумайте насчёт мальчонки.

– Сироту, говоришь, – задумчиво вздохнул Гриша.

– Ага. Ну, или из семьи какой сиротской, где кормильца потеряли. Так многие делают. И семье проще, и мальчишка в сытости да к делу приставлен. А уж если вы когда на праздник семье его чего пожертвуете, так они всю жизнь за вас Бога молить будут.

– Не велика милость, подачка на праздник.

– Ох, не скажите, хозяин. Я сам из такой семьи, знаю, – грустно улыбнулся мажордом.

– Ты? – растерялся парень, только теперь сообразивший, что ничего толком о своих слугах и не знает.

Он оставил их в доме по просьбе капитана Залесского и даже не пытался ни о чём спрашивать, отлично понимая, что собраны эти люди здесь не просто так.

– Я, хозяин. Так что скажете? Добрая мысль?

– Похоже, есть у тебя уже на примете подходящая семья, – помолчав, уточнил Гриша. – Уж больно ты настойчив.

– М-да, недаром капитан говорил, что с вами шутки шутить себе дороже встанет, – смутился мажордом.

– Угадал? – усмехнулся Гриша.

– Как есть угадали, – вздохнув, признался мажордом. – Тут в доходном доме вдова флотского канонира с шестермя живёт. Все мал мала меньше. Старшему едва десять исполнилось. Пенсии едва на жильё хватает. Она в магазине служит, да ещё и полы там моет, чтобы деток прокормить.

– А ты к ней с какого боку? – лукаво поинтересовался Гриша.

– Ну, так, дело-то житейское, – снова смутился мажордом. – Она уж два года как без мужа ломается. А баба ещё молодая. В соку.

– А мальчонку-то не жалко? – вдруг спросил Гриша. – Я ведь, сам видишь, ночной житель. А он тут со мной и высыпаться толком не будет.

– Привыкнет. Зато я его к серьёзной службе приучу.

– Это что ж получается, что вы все на сторону бегаете? – сообразил Гриша.

– А как иначе-то? Дом-то ваш. Значит, сюда семью не приведёшь. Да и нельзя нам. Я сказать вам без приказа всего не могу, но мы тут вроде как спрятались.

– Это я знаю. Но рано или поздно всё равно семью заводить надо. Как же без этого?

– Так есть у нас. Не говорим только, где раньше служили. А так на побывку приходим. Помогаем. Вам вот спасибо, жалованье прибавили. Уже проще стало.

– Угу, да ещё и с кухни много чего прихватить можно, – не удержался парень и тут же пожалел о вырвавшихся словах.

– Обижаете, хозяин, – гордо выпрямившись, ответил мажордом. – Мы службу знаем. И понимаем, что живём спокойно только милостью вашей.

– Прости дурака, Иван Сергеевич. Видит бог, не со зла ляпнул. Из озорства дурного, – повинился Гриша.

– Бог простит, хозяин, – кивнул тот, неожиданно тепло улыбнувшись. – Вы не переживайте. За такого хозяина только и можно, что Бога молить.