Казачья кровь

– Вы работаете на жандармов? – удивилась девушка.

– Я работаю на себя. А с ними имею некоторые дела, которые касаются безопасности империи, – напустил тумана парень.

– Вы меня простите, Григорий, но я шла к вам, а у вас дверь была не плотно закрыта. В общем, я услышала, что вас хотели убить. Это правда?

– Было такое, – нехотя кивнул парень.

– А вы их убили сами?

– Тоже верно.

– Это из-за меня или из-за ваших с жандармами дел?

– Это из-за меня самого, – вздохнул Гриша. – Да вы присаживайтесь. Сейчас прикажу чаю подать.

Он подошёл к столу и, взяв колокольчик, вызвал спрятавшегося где-то мальчишку. Васятка, просунув голову в проём двери, осторожно осмотрелся и только после этого вошёл в кабинет.

– Ты чего такой пуганый, приятель? – удивился Гриша.

– Так это же офицер жандармский был, – буркнул мальчишка.

– Ну был, что с того?

– Я думал, он меня ищет.

– Ох ты ж боже мой. Ты у нас на какую разведку работаешь? На английскую или, может, австрийскую? А может, какому-нибудь Китаю служишь? – не удержавшись, принялся подшучивать Гриша.

– Мы с пацанами револьверт нашли и стреляли с него. А полиция услышала, и давай нас гонять. Мы тот револьверт бросили и сбежали. Вот теперь и опасаюсь, – еле слышно поведал Васятка, повесив голову ниже плеч.

– Понятно, – вздохнул Гриша, потрепав его по голове. – Не бойся его. Он такими делами не занимается. Он иностранных шпионов ловит. А теперь дуй на кухню, пусть нам ещё чаю принесут.

Обрадовавшись, что никто его ругать и сдавать в полицию не будет, Васятка буквально растворился в воздухе, только топот ног по коридору разнёсся барабанной дробью.

– Вот ведь домик. В кого ни ткни, или в розыске, или сам ищет, – рассмеялся Гриша.

– А вы? В розыске или ищете? – улыбнулась в ответ Наталья.

– А я и там, и там успел, – махнул парень рукой.

– Вас правда могли убить? – не унималась девушка.

– Возможно. Только это не так просто, как кажется, – поспешил успокоить её Гриша. – Я, Наталья, потомственный пластун. Меня воевать учили едва не раньше, чем ходить. И не где-нибудь, а на Кавказе.

– Там так опасно жить? – с интересом спросила она.

– Не просто, – кивнул парень. – Вот сейчас чаю принесут, и расскажу, если интересно.

– Интересно. Я ведь дальше столицы нигде и не была. Сначала за городом, в имении жили, пока маленькая была. Потом пансион при Гатчинском дворце, а потом, как родителей не стало, так вообще из дома, считай, и не выходила. Тётка не выпускала.

– Понятно. Ничего. Это дело поправимое. Я весной на Кавказ по своим делам собираюсь, вот и возьму вас с собой. Там весной благостно. Красиво. Всё цветёт. Птицы разные сверестят. А воздух такой, что его ложкой есть можно, – прикрыв глаза, рассказывал Гриша.

– Вы скучаете по тем местам?

– Очень. Это ж, как ни крути, родина моя.