Казачья кровь

Тряхнув головой, парень глухо зарычал и, оттолкнувшись от пола, снова кинулся бежать."

"Одновременно с его бегом начало ускоряться и падение затычек. Шелест песка сменился громким шипением, словно сотня разъярённых змей решили отомстить за гибель сородичей, а коридор начало затягивать пылью. Помня, что, не добравшись до выхода, останется в лабиринте навсегда, Гриша из последних сил понёсся дальше. Последний поворот, узкий лаз, который он пролетел даже не думая, что делает, и парень, в очередной раз оттолкнувшись от стены, вылетел наружу. Тут же запнувшись, ослеплённый ярким пустынным солнцем, Гриша покатился по песку, а за спиной с гулом и грохотом рухнул тот самый камень, нависавший над расселиной, который с таким вниманием рассматривал Ильяс.

– Он! Живой! Вырвался! – послышались радостные вопли, и Гришу, словно тряпичную куклу вздёрнув на ноги, принялись тискать и обнимать.

– Сёмка, бугай дурной, задавишь, – прохрипел Гриша, тщетно пытаясь отдышаться.

– Да тебя кувалдой не перешибёшь, – радостно проревел гигант, обнимая его так, что все кости затрещали.

– Лучше воды дай. Горло песком забито, – пожаловался парень, тщетно пытаясь вырваться из его объятий.

– Во, держи, – спохватившись, Сёмка сунул ему в руки полный бурдюк.

Прополоскав рот и напившись, Гриша отдал бурдюк обратно и, обернувшись, задумчиво посмотрел на упавший валун.

– Ты прошёл его? – послышался вопрос, и рядом с казаками появился Аль-Хасани.

– Да. Я прошёл его, – кивнул парень, услышав перевод. – Там была книга. Вот эта, – добавил он, скидывая с плеч сидор и развязывая горловину.

Продемонстрировав всем край добытого фолианта, парень снова завязал сидор и, отдав его Сёмке, коротко пояснил:

– Я всех его секретов понять не успел, так что руками эту штуку лучше не трогать.

– Древние умели хранить свои тайны, – согласно кивнул араб. – Но ты смог раскрыть тайну этого лабиринта. Это хорошо. Наши молодые и глупые воины больше не будут гибнуть, пытаясь показать всем свою силу. Отдыхай. Завтра мы отправимся обратно, и старейшины устроят в твою честь большой праздник.

– Зачем? – тупо спросил Гриша, не понимая связи между раскрытием тайны лабиринта и большим празднеством.

– Тебе всё расскажут, – рассмеялся араб и, чуть склонив голову, ушёл.

– Как там было? – не удержался Ильяс.

– Потом расскажу. Дай отдышаться, – отмахнулся Гриша.

Встретивший его у палатки мастер Лю, взяв парня за плечи, долго всматривался ему в лицо, после чего, едва заметно кивнув, тихо сказал:

– Пелена сорвана. Теперь остаётся только ждать.

– Чего именно, мастер? – так же тихо спросил Гриша.

– Ты поймешь, когда придёт время, – вздохнул мастер, отступая в сторону.

* * *Их возвращение можно было назвать триумфальным.