11
0– постучав пальцами по подлокотнику, стал рассказывать Вейн. – Если колдун сильнее, то щит темной энергии магия бога не пробьет. Помнишь, я учил тебя щиту? Благословение похоже на лучи, бьющие во все стороны от истинно верующего, так что просто растяни щит так, чтобы эти лучи на тебя не попали. И все. То есть, погоди-ка, получается, что этот монах видел, как было совершено колдовство?
– Видел. – кивнула я.
– А герцогинь точно бить нельзя? – подозрительно уточнил Вейн. - Мне вот очень хочется, например. Ты чем думала, девочка? Он же наверняка растрезвонит о колдунах на всю округу! Через неделю-другую сюда столько инквизиторов набежит, что Великий Собор можно будет к нам в замок перевозить!
– Ну так сам пусть инквизиции и сдается. – рассердилась я. – Все равно все солдаты подтвердят, что это после молитвы монаха враги рассыпались пеплом. Я позаботилась. Слово одного против слова сотни. Как лорд тебе говорю, никто ему не поверит. И не поможет после того, что он в лагере устроил.
– Попомни мое слово, девочка, все твои достижения будут цениться до тех пор, пока люди не узнают, кто ты на самом деле. – мрачно предрек колдун.
– Хватит каркать, старик. Похвалил бы лучше. Я вон мир установила, народу помогла, земли объединила. А мне даже стакан воды не подали.
– Да ты ж наша умница! Хвалю, девочка, хвалю. – лживо заулыбался дед, а потом едко перечислил: – Перебила знать, захватила земли, подставила Церковь. Может, тебе к реке сразу? Там поболе водицы-то будет. Что стаканами-то мелочиться?
– А! То есть я должна была им руки пожать! – разошлась я, всплеснув руками. – Мол, молодцы какие, предали страну, помогли врагу, о людях своих не заботились да послов моих угнетали! Потрудились на славу! Так, что ли?! А после окрестного хода по соседям я, вероятно, в чертоги Святой Инквизиции родненькой должна была прийти с повинной! Да?! Пришла такая и говорю, мол, ля че есть, парни! Колдунья! Налетай, пока горячая, да костры пожарче разводи! А там и дед один еще есть, вообще колдунистый! Гореть будет ярче солнышка! Собирайте людей, хлебушек поджарим!
– Ну все. Все. Не ори. Я просто... – скривился колдун, а потом тихо сказал: – Тебя два месяца не было. Голод просыпаться начал...
– Дай руку. – хмуро приказала я.
Вейн протянул дрожащую ладонь, которую я крепко обхватила пальцами. Проклятая метка проступила на запястьях и потянулась к старику, переплетаясь. Обмен энергией на этот раз произошел довольно быстро, что заставило меня подумать о том, что силы у старика было довольно мало. В прошлый раз и голод был многолетний, поэтому чуть дольше дело шло, а сейчас – нет. В этот раз я смогла первая ощутить, когда надо остановиться.
