Сияние Хаоса

Живо! – стала я отдавать короткие приказы, прикрикивая на стражу для расторопности. Крови не много, Элиот в сознании, еще ничего не потеряно. – Бин, нужны носилки и Елена. Да быстрей же вы, Проклятый вас всех раздери!!!

Теперь на нас начали обращать внимание другие люди. Постепенно беспокойство охватило всех, но сейчас это не имеет значения. Первым вернулся Бин с какими-то мужчинами. Носилки притащили с одного из кораблей, а вместе с ними и корабельного врача. Общими усилиями они уложили маркиза на натянутую меж двух палок ткань, но стрелу не вытащили. Сказали, что сейчас нельзя.

Дорога до замка была самой долгой дорогой в моей жизни. Мужчины громко общались о чем-то между собой, но все это проходило мимо моих ушей – я молча шагала рядом и думала. Пиратам есть смысл целиться в Элиота, но не в меня. И если это не корсары, то кто? Очевидно, я успела нажить себе врагов. Зачастую, гонимая заботами, я бегала по графству без охраны, и никогда меня еще не пытались убить. Возвращение маркиза – совпадение? Или нет?

Бин отправился в замок вперед нас, чтобы успеть предупредить лекарку, поэтому, когда мы вбегали в ворота, она уже ждала нас на пороге, сжимая в руке сумку со своим скрабом.

– Ко мне заносите его! – приказала Елена, перенимая бразды правления нашей процессией.

Мужчины беспрекословно последовали ее повелению и быстро направились вглубь замка. Помещения лекаря находились не в главной башне, а в северном крыле на первом этаже, так что путь был близкий. Они внесли его в комнату, где споро переложили на широкую лавку, после чего Елена их выгнала. Меня прогонять она не стала, поэтому я просто стояла в стороне и не мешалась.

– Я сейчас вытащу стрелу, а ты возьми вон ту чашку со стола.

Я поспешила выполнить указание и поднесла чашку женщине.

– Что стоишь? Пей давай. – недовольно буркнула она, узким маленьким ножом срезая рубашку вокруг раны.

– Зачем? – хрипло спросила я. – Я в порядке, его лечи."

"– Поговори мне еще. – огрызнулась Елена. – У тебя глаза, как у совы, и руки трясутся. В порядке она... И сядь! В обморок грохнешься, голову расшибешь еще...

Любой другой человек за такой тон по отношению ко мне уже несколько раз распрощался бы с жизнью.

Каким-то страшным металлическим инструментом лекарь переломила арбалетный болт, срезав его оперение. Маркиз лежал на боку, и спину его я не видела, но, видимо, снаряд вошел глубоко в тело, едва ли не насквозь пробив его. Елена сочла, что проще будет выдавить наконечник, чем выдергивать его обратно.

Элиот бредил.