8
0Сердце тут же сжалось от страха. Нет! Только не это!
Единственная угроза исходила от родственников Ольги Дмитриевны. Если они найдут меня, вот тогда случится непоправимое. Нужно быть очень осторожной и очень внимательной.
От дурных мыслей меня отвлекли дела в парикмахерской. К вечеру в ней все сияло белизной! Светлая мебель, аккуратно разложенные в пеналах полотенца и пелерины, сверкающие инструменты и, конечно же, новые шторы на окнах.
- Не узнать… ей Богу не узнать… - вздыхал Тимофей Яковлевич, сидя в кресле. – Аж на слезу пробивает…
- Мне бы одежу новую… чтобы стоял я у дверей и важно говорил: «Пожалуйте в нашу парикмахерскую, господин. Вам кудри завить али плешь прикрыть?». – Прошка мечтательно прищурил хитрые глазки. – Красота-а-а-а…
- Одежу ему! – возмутился дядюшка. – Вот это губу раскатал!
- Нет, нет… а он ведь прав! – поддержала я Прошку. – У нас должен быть достойный вид, чтобы люди понимали, что у нас серьезное заведение, а не дыра какая-то! Я подумаю над нашей одеждой, в которой мы будем работать.
- Истинно говорите, Еленочка Федоровна! – мальчишка расцвел. – У нас не козюльник, а парикмахерская!
______________________
* Морихэй Уэсиба, основатель Айкидо.
Глава 41
Евдокия с Акулиной приготовили шикарный ужин, и мы всей семьей устроились на кухне. Даже Прасковья с Танечкой были здесь. У меня душа радовалась, когда я смотрела на Тимофея Яковлевича. Дядюшка перестал вредничать и вел себя прилично. Даже пытался шутить.
Но серьезную беседу по поводу поведения я со слугами все-таки провела.
- Я хочу поговорить о наших с вами отношениях, - я начала с этих слов, потому что действительно считала, что между нами были дружеские отношения. – Мне не нравится, что порой вы ведете себя очень невежливо, панибратски. Мы с вами можем шутить, можем обсуждать любые вопросы, но при посторонних нужно быть сдержаннее. Иначе чужие люди могут подумать, что вы не уважаете меня. Вы понимаете, о чем я толкую?"
"- Конечно, понимаем, - ответил Селиван, хотя как раз к нему у меня претензий не было. – Некоторым стоит прикусить языки.
Акулина с Прошкой потупили глаза, прекрасно понимая, что в первую очередь это касается именно их.
- Чего молчите? – мужчина отвесил Прошке легкий подзатыльник. – Вы поняли, что вам Елена Федоровна сказала?
- Да поняли, поняли! – мальчишка обиженно надулся. – Слова больше не скажу! Просить станете, а не скажу!
- Ну не дуйся! – засмеялась я. – Ты ведь умный парень.
На этом наш разговор закончился, потому что в дверь парикмахерской громко постучали.
- Кого это в такое время принесло? – удивился Тимофей Яковлевич. – Время уже позднее для стрижки!
- Я открою, – Селиван поднялся и вышел из кухни.
Я последовала за ним, размышляя, кто бы это мог быть.
