Север

Лютый с ухмылкой кивнул на окно, и пришлось изогнуть шею, чтобы увидеть очаровательную улыбку и сладкие ямочки на щетинистых щеках Бера, который привалился лбом к стеклу с стороны улицы, задорно подмигнув.

- А Сумрак?...

- Гоняет своих Гризли на улице, - прошелестел за моей спиной голос Севера и его горячие руки обвились вокруг меня, - Все в порядке, девочка. Мы все с тобой.

Закрыв глаза, я задрожала от чувства покоя и огромной радости, разрывающий изнутри.

- Опять плачет!- фыркнул Ледяной, когда из глаз потекли слезы. Только в этот раз это были слезы радости. Теперь была не страшна никакая боль, если все они были живы и находились рядом.

- Тебя Лютый спас... - тихо проговорил Север, осторожно прикасаясь губами к моей шее, - увидел, как ты падаешь и тут же метнулся за тобой. Не думай, что я не спрошу с тебя за то, каким образом ты оказалась на льдине, но сначала поправляйся.

Оттого, что голос Севера стал хриплым и томным, на моем болезненном теле вмиг забегали надоедливые мурашки, выползая с бинтами и костыликами, но все-равно готовые на все. Вот жеж неугомонные мелкие создания! Им бы валерьянки, обезболивающих и покоя, а они плясали и хихикали, раскупоривая коньяк в лечебных целях! Конечно же, Север в миг почувствовал их настрой, когда в мои ягодицы уперлась его величественная эрекция, а я отчего-то смутилась и покраснела в лишь теперь поняв, что мы лежим с ним на постели, под одеялом, совершенно обнаженные.

- А с другой стороны, хорошо, что все так получилось! - хмыкнул Ледяной лукаво, - Если бы она не упала, вы бы до вечера развели махаловку. А так - храясь-бась и всех раскидали, пока к ней неслись!

Я хохотнула, покосившись на нашего белого Короля, который выглядел весьма загадочно, когда откашлялся, поднимаясь на ноги, и принявшись выпихивать всех братьев из комнаты:

- Ну-ка, все на выход! Козявке нужно отдохнуть и подлечится!.

Братья послушно выходили, улыбаясь и подмигивая, с синяками и ранами, перебинтованные, но все-равно счастливые и как всегда позитивные, пихающие друг друга, когда не могли протиснуться в один дверной проем по двое. Беры - такие Беры! Любимые мои.

- Нефрит... - кашлянул Ледяной, глядя куда-то в угол комнаты и выгибая светлую бровь.

- Да?

-Иди чай попей.

- Не люблю чай...

- Кофе?

- У меня от него изжога.

- Какао?

- Я ребенок что ли?

- ПШОЛ ВОН!!!!!! Епа мать!!!!!

Не удержавшись, я рассмеялась, не смотря на потрескавшиеся губы и боль во всем теле, слыша, как зашелестела газета и обиженный голос красавчика Нефрита, который фыркнул:

- Так бы и сказали сразу, чего орать-то?....

Я смеялась до слез, слыша смех своего Севера, и чувствуя, как сотрясается его огромное горячее тело рядом. Вот оно, мое счастье.