Север

только в то, что мы все-таки сможем выбраться отсюда живыми, пусть не совсем целыми, уже не верилось совершенно.

Особенно когда последний воин спрыгнул с вершины ледника, двинувшись вперед медленно и осторожно, словно давая возможность рассмотреть себя лучше, и понять, что в своей мощи и силе он не уступит Лютому и Северу. Надо признаться, что у него было довольно красивое лицо, светлые волосы были аккуратно зачесаны назад и заплетены в косу, а на щеках выступали ямочки, когда он сжал губы так, словно неожиданно смутился...

Вот только Лютый отшатнулся от него снова, отчего четвертый воин сконфуженно остановился, выглядя при этом не как нападающий, а как ребенок, который не знает, куда ему теперь пойти.

..

Мой мозг просто трещал по швам, подобно льду, на котором были лужи крови и кровавые следы двух поединков, пока я пыталась судорожно придумать возможные причины странного поведения Беров. Было ли это как то связано с тем, что у четвертого воина на груди было не по одной, а по две полосы, которые начинались в подмышечных впадинах и стекали под наклоном к центру груди. Это был какой-то знак особой силы?

- Север, кто он?.

. - прошептала я, прижимаясь у груди Бера и с удивление отмечая, как колотиться его сердце. Я поверить не могла, чтобы все братья в одночасье испугались одного Бера! Даже Лютый, глаза которого впервые стали размером с морозное блюдце.

- Брат Лютого... - прохрипел Север, отчего я удивленно моргнула, находя сходство во внешности.

- У Лютого есть брат?

- Оказалось что есть...

- Оказалось?

- Боюсь, что сам Лютый не догадывался об этом...

Вот это вам медвежья Санта-Барбара! Даже попкорна не нужно, чтобы случайно не поперхнуться! Потому что умереть, не досмотрев это фееричное шоу до конца, будет непростительным богохульством!

- Но как он мог не знать?.

..

-Я предполагаю, что Лютого изгнали из рода до его рождения, - приглушенно пробормотал Север за моей спиной, прижимаясь сильнее и заключая мои руки в свои ладони, чтобы согреть.

Сказать, что Лютый был в шоке - это не сказать ничего.

Его и без того светлая кожа стала просто белее снега, когда Бер снова отшатнулся от своего брата, словно перед ним появилось приведение.

- Я ждал твоего возвращения 30 лет.

.. - приглушенно проговорил четвертый воин, скованно остановившись и не пытаясь снова приблизиться, пока его избитые воины поднимались на ноги, становясь за спиной кровного брата Лютого, и явно готовясь ко второй волне кровавого сражения. Вот только в поведении и голосе Белого брата не было вызова или агрессии. Его голубые глаза смотрели на Лютого с едва сдерживаемыми эмоциями, словно он был не огромным воином, а радушным мальчишкой, который не мог поверить собственному счастью.