Север

Понимая, что я сижу теперь уже на животе Севера, который лежит, чуть приподняв голову и глядя так, что можно языком подавиться, я не знала, что делать дальше - замереть и не двигаться? Закричать и убежать? Молча встать и сделать вид, что я спокойна, как удав, а он не возбужден, как...Бер...

- Расслабься, девочка.... - промурлыкал как всегда его голос низко, отдаваясь рокотом в груди и плавно перетекая в урчание, - ты так напряжена, что вся дрожишь...

И ладони снова сжали мои бедра, скользнув по ногам до колен и поднявшись обратно, что как-то совсем не помогало расслабиться, а лишь еще добавило пробоем к надоедливым мурашкам.

- Ничего не бойся... ты не упадешь, не ударишься, и больно не будет.... - снова этот голос, от которого голова шла кругом, смывая очертания этого мира, и что могло твориться вокруг нас, - просто расслабься. Отбрось все мысли. Позволь телу делать то, что оно должно...

Глаза Севера полыхали так сильно, что синева блестела на кончиках черных ресниц, а рокот голоса постепенно стал урчащей хрипотцой:

- Твое тело знает меня, девочка, отпусти его, и оно само найдет нужный ритм в унисон со мной...

Я тяжело сглотнула, боясь пошевелиться на каменном прессе, и спиной чувствуя, насколько сильно он возбужден, краснея, пробормотав:

- .

Север хрипло усмехнулся перестав даже моргать, и, кажется, пытаясь просто загипнотизировать меня своими глубокими яркими глазами, когда сам не шевелился, затаив дыхание, а потом задышав с одинаковым временным промежутком, словно считал про себя сколько секунд отведено на вдох и на выдох."

"- Ты ведь не боишься меня зверем... - далеко не вопросительно сказал наконец Север, не делая попыток изменить положения наших тел, сжимая снова мои бедра, потянув сначала к себе, а потом обратно, сделав так, что я проехалась раскрытыми бедрами по его животу, отчего внутри меня что-то предательски дрогнуло.

- Зверь ведь не тронет меня? - поинтересовалась я тихо и ужасно хрипло, кажется, начиная понимать, что происходит внутри Севера, когда его голос меняется и хочется еще больше этой близости и этих прикосновений.

- Зверь - это я, девочка...

- Ты в мишке или мишка в тебе?.

Север улыбнулся своей очаровательной красивой улыбкой, обнажая ровные белые клыки:

- Я один, Мия. Единый разум, но два обличия. У меня одно сознание, одно сердце, одна душа...и все остальное тоже одно....

Я лишь кивнула в ответ, что все поняла, как-то слишком остро ощущая кое-что «Одно», что буквально упиралось в мои напряженные ягодицы, поднимаясь и пульсируя вдоль по спине, не понимая, что впиваюсь острыми ноготками в грудь Бера, который снова зарычал, откидывая голову назад и прохрипев что-то на непонятном языке Беров.