3
0
Иван лениво поманил её к себе пальцем, и она принялась крутиться возле него, трясти задницей перед его пахом.
— Хочешь посмотреть, что будет дальше? Или, может быть… сама примешь участие?
Я с трудом отвела взгляд в сторону от бесстыжей задницы девицы, которая уже присела на бедра Ивана и елозила туда-сюда.
— Ты же без ограничений, не так ли? — новый вопрос. — Оторвемся по-взрослому?
Слишком близко…
И неприятно всё это!
Я сделала крошечное движение в сторону, и вдруг Иван резко дернулся за мной, сдавив горло пятерней.
— Снимай маску. Живо! И парик! А ты.… — девушке. — Свободна! Деньги на столике.
Я заигралась. Не стоило…
Пальцы на шее усилили хватку.
— У тебя два варианта. Первый, ты снимаешь маску и рассказываешь, зачем устроила этот маскарад и почему выносила мне мозг! Второй, оставляешь маску. Но тогда я тебя трахну. Игры кончились, дорогая. Молчишь? Значит, трахаемся! Напоследок, так сказать, да?!
Глава 26
Иван
Под пальцами пульсирует быстро и отчаянно тонкая венка. Кожа горячая и гладкая, как сатин. Я сдавливаю сильнее, убежденный, что под маской— моя жена.
Ее губы, шея.
Руки? По рукам не понять, она закрыла их перчатками.
Но если бы перчаток не было, я бы увидел на правом запястье след от ожога. Как-то она сильно обварилась кипятком, на руке до сих пор небольшой, но узнаваемый шрамик.
Поэтому она прячет руки, да?
— Отпусти, — шипит.
Злой шепот не передаёт звука голоса.
Так просто и не понять, она ли это.
Я уверен, что это моя Наташа.
Первая мысль мелькнула ещё давно, когда я понял, что странно по времени совпадает моя активная, шальная переписка с Тигрицей и отсутствие моей жены в доме.
Был один момент, который меня едва не сбил с толку: когда я был в «Гараже», то Тигрица была передо мной, я написал жене, она ответила.
Но Наташа вполне могла передать телефон подруге, и я даже знаю, какой — тихушнице Ленке, жене Бориса. Они живут рядом с нами, попросил друга проверить по камерам— есть. Моя жена приходила к ней в тот вечер, и на ней красовалось платье, при ней же была вместительная сумка, в которую вполне могла войти маска, парик, перчатки, одежда.
Она?
Я легко могу сорвать маску, одним движением руки.
Но я хочу, чтобы это сделала она сама.
Разоблачила себя, обнажила.
Чтобы показала свои проделки. Вот же фантазерка!
Я думал, что изменяю жене и мучился совестью. Но, оказывается, я изменял жене.… со своей женой!
Как она лихо меня развела, как сладко и порочно возбуждала. Как умело выводила на эмоции и не зря мне казалось, что она меня будто знает.
Знает, от чего меня ведет!
— Снимай маску, Наташа. Выдумщица. Признаюсь, ты взяла меня за яйца.
Возбуждение достигает высшей точки.
Биение её пульса — в унисон с приливами моего возбуждения.
Я в ярости.
