Пустая (СИ)

Хотя догадываюсь, что это невозможно. Дело ведь не в том, есть ли между ними отношения, и любит ли она его или нет. Дело в том, что я просто не имею права трогать то, к чему так трепетно относится мой сын. А я тронул, не просто тронул, я захотел его любовь себе. Я понимаю, что у него еще юношеские чувства, и в его возрасте все переменчиво. Сегодня ему кажется, что он отчаянно, раз и навсегда любит Виту, а завтра он может увлечься кем-то другим. И я хотел, чтобы это завтра наступило как можно скорее. Тогда была бы надежда на то, что он все поймет.

— Можно войти? — от моих мыслей меня отвлекает робкая секретарша Константина.

— А где Виталина? — слишком эмоционально спрашиваю я и тут же спешу оправдаться. — Мы вчера обсуждали с ней поправки.

— Эмм, Виталина не пришла на работу. Она звонила с утра и сказала, что увольняется. Но за документами так и не пришла, — черт, вчера она все же прочла приговор нашим отношениям в моих глазах. Хотя, может это к лучшему. Не хочу, чтобы она работала на меня. Не приемлю служебные романы.

— Хорошо. Заберите договор, там ошибки на пятой странице. Исправите, — толкаю папку в сторону девушки, беру телефон, набирая номер моей Кошечки. Но разочаровываюсь, когда мне сообщают, что абонент вне зоны доступа. Швыряю телефон на стол и раздраженно приподнимаю брови, смотря в сторону замешкавшейся девушки, которая спешит скрыться за дверью моего кабинета. Поднимаюсь с места, прохожусь по кабинету, постоянно прокручивая в голове слова Эльвиры о том, что внутри Виталины заперта кукла с чудовищем, которое ее не отпускает. И что значит: «четыре года в голове и шесть лет в общем»?! Не знаю, что творю, просто срываюсь с места и еду ее искать. Даже не представляю, где она, но решаю начать с ее квартиры.

Преодолев вечерние пробки наконец добираюсь до квартиры Виталины. Мне открывает ее мать и тут же расплывается в смехотворной кокетливой улыбке.

— Александр, — произносит она с каким-то благоговением, тем самым вызывая мое раздражение."

"— Александр Владимирович, — намеренно резко поправляю ее, чтобы спустить эту женщину с небес. — Виталина дома? — спрашиваю я, пока женщина хлопает ресницами, переваривая мои слова. Я сам не понимаю почему, но эта женщина вызывает у меня неприязнь. Она смехотворна в своих попытках выглядеть моложе и глупее.

— Нет, Виталина уехала, — заявляет она и демонстративно поправляет декольте своей кофточки.

— Куда уехала?

— А почему я должна Вам отвечать, Александр Владимирович? — язвит женщина, выделяя мое отчество.

— Потому что я спрашиваю, — холодно отвечаю я, давая понять этой кукле, что не намерен с ней пререкаться.

— Да не знаю я, куда уехала, она не посвящает меня в свои планы.