Пристроить шпиона

С этими словами он все-таки заталкивает меня в комнату, заходит следом и закрывает дверь за собой на замок.

- Вот, гляньте!

Я замираю у двери, рассматривая собравшихся в комнате мужчин.  Они явно все давно вышли из студенческого возраста, вообще непонятно, каким ветром их сюда, на Весенний бал, занесло.

Мужчины, все трое, в свою очередь, тоже разглядывают меня. С небольшим интересом, но без особого энтузиазма.

Вовка, видно, ожидавший от них куда большего внимания, озадаченно молчит. Я тоже молчу, прикидывая, орать сразу или подождать развития событий? Где-то неподалеку точно бродит мой Лешка, мой персональный терминатор, на раз справлявшийся только на моих глазах с превосходящими силами противника. Надо его только привлечь сюда и сказать: «Фас!».

Но вот где гарантия, что он именно сейчас ходит возле этой двери?  Начну орать раньше времени – заткнут рот, лишат возможности подать голос.

Вообще, ситуация откровенно страшная, конечно. Но, вместе с тем, интересная. Особенно интересна она моей реакцией на происходящее.  Я не стопорюсь, не плачу, даже особо не волнуюсь. Словно со стороны наблюдаю за происходящим, оценивая его на редкость трезво.  Первый раз со мной такое. До этого, как раз в тех ситуациях, когда Лешка меня и спасал, я теряла ориентиры, могла орать, плакать и волноваться. А сейчас… Интересно, привыкаю или просто опасности особой не ощущаю? Как-то мне, несмотря на творящийся вокруг бред, не верится, что придурок Вовка может сделать что-то прям запредельно плохое. Он – говнюк, конечно, тут без вариантов, но…  Я же его со школы знаю. Помню его! И как-то странно все сейчас. Все его претензии, поцелуи, хватания, короче говоря, все, что происходило до этого, конечно, бесило, но воспринималось поверхностно. Типа, ну дурак такой, что с него возьмешь, с утырка?  Потому и сейчас, несмотря на явную опасность ситуации, она не ощущается критической.  Ну и Лешка… Он же неподалеку. Он меня спасет.

Между тем, пауза затягивается, и мужики не выдерживают первыми.  Они синхронно отворачиваются от меня к Вовке и смотрят на него вопросительно.

- И чего? – интересуется самый старший, неприятный тип с одутловатым, злым лицом.

- Ну… - Вовка сильно теряется, лихорадочно подбирая правильные слова и объяснения, - вот… Ее берите, вместо бабок. Тем более, что это именно она, сучка, их все потратила!

На лицах у мужиков читается крайняя степень изумления. Они переглядываются, а затем самый первый спрашивает обманчиво ласково:

- И что же нам, по-твоему, с ней делать?

- Как что? – удивляется Вовка, - трахать! Вообще, все, что угодно, только в живых оставьте, а то папаша расстроится…

Мужики еще раз переглядываются, потом синхронно опять смотрят на меня.