11
0
У них были разные судьбы, разный достаток, разные истории… Но все это настолько тесно переплелось, что образовало мощную нить, словно у шелкопряда, окутывающую каждого теплым коконом, непроницаемым для внешней агрессивной среды.
Здесь, в этом доме, состоящем, кажется, из частиц душ каждого члена семьи, было по-настоящему тепло. По-настоящему спокойно и безопасно. Здесь хотелось жить, дышать полной грудью. Владелец дома, Сергей Бойцов, с женой Татой и двумя дочерями, подъезжает через час, когда все уже веселые, пьют и жарят прямо на костре сосиски и хлеб.
- О как! – удивляется он, оглаживая бороду, - а какого это хера сосиски жрем? Мяса нет, что ли?
- Отвали, Боец, со своим эстетством, - лениво цедит его приятель Николай, подъехавший ровно за пять минут до него и теперь с удовольствием прикладывающийся к пиву, - сосиски – самое оно, да Верунь?
Его жена, невысокая симпатичная, очень улыбчивая Вера, отрывается от разговора с Леной, мамой Вадима, и пожимает плечами:
- Вредно, конечно… Но вкусно.
Ее сыновья, только что вертевшиеся у костра в ожидании сосисок и теперь благополучно примкнувшие к основной банде наездников, могли бы это подтвердить.
Боец только вздыхает, топает в дом явно для того, чтоб принести приличную еду, а то позорище прям…"
"Еще через полчаса прибывает семейство Зверева-старшего. Две его младшие дочки, радостно повизжав на руках у братьев, в итоге бегут к остальной ребятне, а его жена, изящная и спортивная Дарья Викторовна, присаживается к костру. Меня знакомят с новоприбывшими, и какое-то время мы болтаем ни о чем, поедая сосиски. Потом приходит Боец, и все начинают жарить мясо. Под мясо идет красное вино, судя по всему, никто не собирается сегодня уезжать, потому что пьют все.
Настроение невероятно лирическое, спокойное. Я смотрю на этих людей и невольно думаю о том, что хочу быть в их кругу. В их семье. Не пришлым гостем, а своей…
- А Алина поет шикарно просто, - говорит Лена, - я вообще никогда подобного не слышала.
Меня опять уговаривают спеть, и я пою. Почему нет? Пусть мои слова, сочиненная мной песня летит в темное небо. Может, ее отголосок Лешка услышит? И ему станет чуть легче там. В столице, рядом с моим отцом?
Ты – мое счастье, ты - моя радость, Тот, что поддержит, что не отпустит. Как же так раньше я оставалась Ночью холодной на перепутье? Ты – все, что было и все , что будет, Ты – для начала и для финала. Как так не вместе шли наши судьбы? Как же тебя мне недоставало!
Я смотрю на лица людей, окружающих меня, и слезы наворачиваются на глаза. У них все так хорошо, так правильно. Я так рада за них, бог мой! И в эти мгновения верю совершенно искренне, что у меня тоже все будет хорошо! Обязательно будет!
Когда в кругу появляется еще одно лицо, я поначалу даже не верю в то, что вижу.
