4
0
- Говорю же, ты лишаешь меня здравых мозгов, - качает головой осудительно.
Словно я и правда в чём-то виновата.
- Пойдём, буду кормить тебя, я взял отпуск, так что две недели я полностью в твоём распоряжении, а главное буду следить за твоим питанием, - встаёт с постели, протягивает мне руку.
- Аааааа! – радостно взвизгивая от услышанного, как можно быстрее поднимаюсь, прижимаюсь к крепкому торсу мужчины.
Я готова прыгать от счастья, да только положение моё не позволяет этого сделать. Моя беременность и так протекает не очень легко. Токсикоз утих лишь месяц назад, постоянная тошнота выматывала, но я держалась, делала всё, что говорил мне доктор, пила все прописанные лекарства и витамины.
Дважды попадала в больницу, Паша тогда с ума сходил, даже дежурил первые дни в больнице, на врачей кричал, угрожал им, что, если с нашим сыном, что случится, он по кирпичикам разберёт ту больницу.
- Ты сейчас не пошутил? Две недели, каждую ночь дома? – вскидываю голову вверх, смотрю с надеждой в глаза мужчины.
- Тише, не кричи так, ты же знаешь, я не имею привычки шутить таким, - наклоняется, нежно касается кончика моего носа губами, - идём кушать, - тянет за собой.
А мне плакать хочется, я так соскучилась по нему."
"Паша заводит меня на кухню, усаживает за стол, сам отходит к кухонной гарнитуре, открывает одну дверку, достаёт посуду, ставит на столешницу. Пристально наблюдаю за его действиями, то как он двигается, как перекатываются под его кожей тугие мышцы. Паша в одних брюках, пиджак и рубашку он потерял где-то в комнате.
Сумасшествие! Ни только Паша теряет голову, но и я!
Передо мной появляется тарелка с дымящимися овощами и куриным белым мясом.
- Ешь, - раздаётся над головой, и следом Паша присаживается рядом, с ещё одной тарелкой овощами и мясом.
- Приятного аппетита, - говорю любимому и взяв в руку вилку, нанизываю на неё кусочек мяса, отправляю его в рот.
Боже! Как же вкусно! Паша волшебно готовит.
- Уммм, - стону от блаженства, - спасибо, очень вкусно.
- Я рад, что тебе нравится, - смотрит на меня чуть склонив голову набок, при этом сам ещё не притронулся к еде.
- А почему ты не ешь?
- Ждал твоей оценки, - тут же берёт вилку, и протыкает крупно порезанный помидор, отправляет его в рот.
Ничего больше сказать не успеваю, лежащий на столе телефон мужчины оживает. Мне хорошо видно дисплей, на котором высвечивается имя Алина и её фото на весь экран.
Аппетит мгновенно исчезает, непроизвольно сжимаю вилку в руке, так крепко, что пальцы белеют. Паша, бросив взгляд на телефон, протянул к нему руку.
