Последняя надежда

Дошла я ровно до капота первой машины, когда меня схватили за шкирку и как котенка забросили в салон на переднее сидение. Кажется, кто-то очень разозлился. Решила пока посидеть смирно и не провоцировать хрупкую мужскую психику на необдуманные действия.

Виталик сел за руль, резко развернул машину и повез меня в неизвестном направлении. А нет. В известном. К баб Нюре. Молча ждала, когда он остановит машину, чтобы выйти на улицу. Однако он заблокировал двери, едва нажал на тормоз.

– Выпусти меня. – Потребовала.

– Нет! – Резко отрезал он и впился в меня своими светло-карими глазами, которые как-то хищно поблескивали в свете ближайшего фонаря.

– Деструкция какая-то. – Проворчала, откидываясь затылком на подголовник. – Догилев, может, хватит уже меня мучить, а? – Серьезно посмотрела на него. – Устала я до чертиков уже. Все нервы вымотал.

Он грустно усмехнулся и отвел взгляд.

– То есть ты меня не мучаешь? Думаешь, я не устал? Считаешь, у меня нервы остались? – Чуть слышно спросил он.

– Виталь, тогда перестань меня преследовать. Хватит меня контролировать и устраивать истерики, когда я всего лишь к другу чай попить пошла. – Развела я руками.

– Ко мне ты тоже на чай зашла когда-то. – Парировал он.

Я устало выдохнула.

– До сих пор жалею. – Нет, жалела я не о том, что это произошло, а о том, что после этого моя жизнь превратилась в хаос.

Виталик резко повернулся ко мне.

– Жалеешь, что мы с тобой переспали? – Неверяще переспросил он.

– Очень. – Искренне ответила, глядя в его глаза.

Он поджал побелевшие губы, превратив их в тонкую полоску и нехорошо прищурился. Резко отвернулся от меня, замки на дверях машины щелкнули.

– Иди, Надя.

Я еще несколько секунд не решалась сдвинуться с места, но все же открыла дверь и, захватив сумку, вышла из машины. Догилев сорвался с места так, как будто за ним черти гнались.

Я немного постояла на улице, стараясь сморгнуть слезы с глаз, но заметив тень рядом с домом матери, быстро прошмыгнула за калитку. Не хотелось бы сегодня еще и с родительницей разбираться. А то, что при виде меня она учинит скандал, сомнений не было. И с чего она хочет, чтобы я с отцом подружилась? Он никогда в моей жизни не участвовал, появляясь раз в пару-тройку лет, а с моих двенадцати лет вдруг решил общение наладить.

– Ты что, на Виталика пистолет наставила, что он так быстро сбежал? – Баба Нюра привычно выглянула с кухни.

Я только головой покачала, усевшись прямо у входа.

– Нет. Просто поговорили. – Расстроенно шмыгнула носом.

– Поговорили ли? – Покачала головой старушка. – Или снова только себя слушали?

– Он меня не понимает! – Возмутилась я, вешая куртку на крючок.

– А ты его? – Анна Николаевна направила в мою сторону лопаточку.