Помешанный на тебе

 — У него отец адвокат. На пенсии, правда. Но… там такие связи.

— Ммм, круто, а мой — прокурор не в отставке. И дед — судья. Померяемся письками?

— Что это решит? Это твои родственники, и они не обязаны решать мои проблемы.

— Мои будут. У меня отличная семья. И тот, кто в нее входит, автоматом становится ее частью.

— Да ну, Артур, мы с тобой знаем друг друга пару дней, — пытаюсь отстраниться от него, но Артур не позволяет, целуя меня в висок."

"— Аделина, ты моя женщина. Это всё не просто так. Всё. Выясним отношения потом. Ни в какой садик вы не идёте. Сейчас мы едем снимать побои и писать заявление на развод.

А потом ты останешься здесь, пока я всё решу. Если этот мудила будет звонить, ты спокойно берешь трубку и также спокойно ему отвечаешь, что хочешь развестись. А все его угрозы записываешь.

— Ну какие побои? Да и стыдно мне… — выдыхаю я.

— Всё сделают аккуратно, в лучших условиях. И стыдно должно быть не тебе.

Глава 18

Артур

Побои мы на всякий случай зафиксировали. Не хочется, чтобы Аделина проходила через подобное дерьмо, но чувствую, что этот мудила не успокоится. И если его вовремя не тормознуть, легкого развода не будет.

А Аделина и так вся на нервах и зашугана своим мужем, мне аж самому страшно. И надо как-то менее болезненно для неё разрулить эту ситуацию.

Конечно, хочется тупо найти «нашего» недомужика и раскрошить ему е*ало. Но… В цивилизованном обществе так, к сожалению, нельзя, и есть риск наделать ещё проблем.

Все, мудила, успокойся, прое*ал ты женщину. А за такую надо было жилы рвать и любить ее так, чтобы даже не думала уйти. И я это сделаю. Это единственный мой шанс. Таких, как она, больше нет.

Работаю на автомате, а мыслями, конечно, далеко от работы.

Отменяю вечерние курсы, чтобы долго не задерживаться. Во-первых, неизвестно, чем еще запугает Аделину эта падаль. Мне страшно, что она может повестись на его угрозы и вернуться. Ну и какая, нахрен, работа, когда у меня дома такая сладкая, вкусная девочка, которой я ни фига не наелся? Мне хочется впитывать и впитывать в себя ее. Жадно забирать всё, что она может мне дать. Потому что моя.

Заканчиваю семейную фотосессию, собираю аппаратуру, планируя заскочить в ювелирку и купить колечко для моей богини. Да знаю я, что рано, и это опять выглядит маньячно.

Но ничего не могу с собой поделать. Хочется всего и сразу с ней. Чтобы окончательно присвоить девочку. Меня несет, да. Я словно под дозой эти сутки, и меня не отпускает.

— Арт! — окликает меня помощница. Выглядываю из подсобки, вопросительно приподнимая бровь. — Тут к тебе пришли, — косится глазами вправо.

Выхожу и вижу возле стойки его.

Ну кто бы сомневался. Всё уже, пробил меня, да?

Мгновенно закипаю, осматривая мудилу. Старше Аделины, лет сорок, грубые черты лица, но холёный. Видно, что мудила любит себя.