Помешанный на тебе

— Тарас, Дюша же… — хочу сказать, что сын в гостиной и в любой момент может зайти.

— А ты громче кричи, — злится муж, иронизируя и одновременно стягивая мои трусики на колени. — Должен же я трахнуть тебя на дорожку, чтобы ты не заскучала, — в голосе снова претензия, природу которой я не понимаю.

А я не хочу. Всё, что я сейчас ощущаю, — это боль в виске от железной вешалки и страх, что сын может нас застать. Но замираю, сжимая упавшую на полки одежду, когда Тарас, облизывает свои пальцы и увлажняет меня между ног. Он входит в меня сразу, без ласк, поцелуев и прелюдий.

А я сухая. Мне нужно больше внимания и времени, чтобы хоть что-то почувствовать. Я так устроена. Меня возбуждает не механическое действие, а отношение ко мне.

Сжимаю зубы от грубого болезненного вторжения. Прикрываю глаза, пытаясь расслабиться. Но ничего не выходит.

Тарас сразу же начинает быстро двигаться, сжимая мои бедра. Терплю. Мне больно и неприятно, несмотря на то, что я уже давно не девочка. Хочется порыдать. Не потому что мне больно, а потому что я ничего не чувствую, что должна чувствовать женщина во время секса с мужем.

И почти никогда не чувствовала. А мне так хочется хоть раз испытать то, о чем пишут в романах. Но так, видимо, не бывает. Как сказал бы Тарас, это всё фантазии озабоченных женщин.

— Ну ты хоть как-то поучаствуй в процессе, — злится Тарас, хрипя. — Бедрами, что ли, подвигай.

Выходит из меня и снова обильно увлажняет своей слюной.

— Сухая вся, — цокает Тарас.

И я начинаю тоже злиться. Конечно, каждая женщина в процессе просто мечтает, чтобы ей сказали, что она сухая и безынициативная.

— Всё, хватит! Мне больно и неприятно! — взрываюсь я.

Со мной так всегда. Я мягкая, терпеливая. Но накопительный эффект никто не отменял. В какой-то момент меня эмоционально срывает, и сейчас наступает именно такой момент.

Выпрямляюсь, отталкивая ошарашенного мужа. Быстро надеваю трусы и поправляю платье, разворачиваясь к Тарасу, который оборачивает бедра полотенцем.

— Ты нормальная? — сквозь зубы спрашивает он. — Это что сейчас было?

Тарас смотрит на меня с нескрываемым раздражением, его глаза сужаются, а желваки на скулах начинают ходить.

— Я спрашиваю, это что такое было? — повторяет он, понизив голос до угрожающего шёпота.

Ненавижу, когда он со мной так разговаривает, словно я ничтожество.

— Я просто… — начинаю мямлить, пытаясь объяснить, моего запала всегда хватает ненадолго.

— Не хочешь? — Тарас усмехается, и эта усмешка пугает меня больше, чем если бы он кричал. — А когда ты вообще хочешь?

— Дело не в этом. Я просто хочу не так…

— А как? — перебивает он. — Мне что, уламывать тебя, как школьницу?

Я чувствую, как к горлу подкатывает ком.

— Мне просто нужно, чтобы ты был нежнее.