По встречной

— Мама, веди нас!

Выдохнув, я указала на свободный столик в середине зала.

— Может, вот этот? Он большой, мы спокойно поместимся.

— Хорошо! — и Владюша со всех ног бросилась к выбранному мной столику.

Я волновалась. Вряд ли Влад так просто отказался от Оли, но так хотелось, чтобы это было правдой! Чтобы я, брошенная им несколько лет назад, вдруг оказалась нужной и любимой! Непринятая в собственной семье с его ребенком, втайне я отчаянно желала быть принятой им.

Официант принес меню, и на нашем столике появились две пиццы, игрушка из мультфильма, «Фраппе» в высоком стакане для меня, лимонад для нашего ребенка и элегантная чашка «Американо» для Влада.

Влад посмотрел на нас и улыбнулся.

— Ну что, будем знакомиться?

От его улыбки потеплело на душе.

Не знаю, почему, но рядом с ним стало хорошо. Как и тогда, под одеялом в комнате с маленьким окном. И даже обычно суетливая Влада вдруг успокоилась и медленно пила лимонад.

— Кажется, познакомиться мы успели.

Он усмехнулся.

— Ну, то, что рядом с тобой нельзя держать оружие, я уже понял. И то, что дочка в обиду себя не даст, тоже… Куда ты собираешься ехать?

— Пока вернусь к матери и сестре.

Влад внимательно посмотрел на меня.

— Может, останешься?

Я подняла на него глаза.

Он накрыл мою руку своей, и я вспыхнула. Шероховатая и теплая на ощупь, его ладонь вызывала эмоции. Под кожей растекался предательский жар. Нет, мне было не все равно — даже пять лет спустя он по-прежнему притягивал к себе.

— Завтра у меня будет свободна вторая половина дня. Я приеду, отвезу тебя к доктору. И не говори, что заживет само! Ты ведь массажист? Как ты будешь принимать клиентов, если рука перестанет работать? После приема у доктора поедем в торговый центр, купим дочке вещи.

— Н-нет, конечно. Помощь нам не помешает.

Он продолжал мягко касаться моей руки, и от этого путались мысли. Я вдруг подумала, что у него можно будет попросить недостающую для переезда в Италию сумму. Пусть взаймы, но ведь он не откажет матери своего ребенка в поддержке? Теперь, когда я не могу работать, переезд может затянуться. В последний месяц я только теряла доходы.

Владу-то зачем обуза в виде нас с дочкой? У него своя жизнь, у нас с ней своя… Поможет нам переехать, и вычеркнет из своей жизни окончательно. Мы ведь свалились ему на голову без предупреждения.

— Я не хочу, чтобы вы уезжали, — ворвался его голос в мои мысли.

Я вздрогнула. Осторожно высвободила руку и уткнулась в свой высокий стакан с «Фраппе».

— Ты мне небезразлична как женщина, Катя. И тогда была небезразлична, и сейчас ничего не изменилось.

— А та, которую ты воссоздал в фонтане?

Он покачал головой.