По встречной

— Таня, налей ей чего-нибудь! Не видишь, у нее истерика?! — прикрикнул он, и подруга бросилась выполнять приказ.

— Так… Куртку аккуратно снимай…

Он суетился: расстегивал подаренную Владом куртку, осторожно стягивал ее с поврежденной руки, а я сидела на диване и не шевелилась, только тихо всхлипывала.

Артур вдруг замер. В серых глазах полыхнул нехороший огонь.

—Катя, они же… тебя не трогали?

Я отрицательно покачала головой.

— Я уже подумал, что… Они обещали, что с тобой ничего не случится. Даже к отцу приезжали…

Таня принесла бутылку коньяка, бокалы на коротких ножках и нарезанный лимон с сахаром.

— Сейчас выпьем, и станет легче! — подчеркнуто жизнерадостно заявила она.

Артур выпустил мою руку и налил полный бокал коньяка.

— Пей, Катя. Давай, давай, не бойся…

Я подняла на него заплаканные глаза, и вдруг что-то перемкнуло внутри.

— Уходи.

— Что?.. Кать, я…

— Я сказала, уходи! Убирайся! Я не желаю тебя видеть!

— Кать, я знаю, что очень нехорошо вышло… Но клянусь, я сделаю все, чтобы ты забыла этот кошмар… Хочешь, куда-нибудь на острова махнем? Кипр, Бали? А может, Мальдивы? Выбирай! Дочку с собой возьмем, отдохнете, и все забудется!

— Убирайся! — я закричала так громко, что дочка зажала уши ладошками.

— Катенька, успокойся, пожалуйста… Тебя больше никто не тронет! Они… они не посмеют, Катя! А я буду рядом! Я все сделаю, чтобы впредь такого не произошло…

—Вон пошел! Вон!"

"В глазах потемнело, и я больше себя не контролировала. Схватила с подноса блюдце с лимоном и с силой швырнула Артуру в лицо. Следом полетел до краев наполненный коньяком бокал.

— Артур Олегович, давайте, вы в другой раз зайдете… — испуганно забормотала Татьяна. — Кате очень плохо сейчас, разве не видите?

Артур вдруг опустился передо мной на одно колено.

— Катя… прости меня… Пожалуйста, прости! Я не хотел, чтобы ты пострадала…

Мне стало нехорошо. Желудок свело, и от напряжения затошнило.

— Уходи, Артур! — прошипела я. — Если хочешь мне помочь, просто исчезни сейчас!

Босс пронзил меня полным отчаяния взглядом, а потом поднялся с пола.

— Хорошо, я уйду. Мы поговорим позже, — примирительно произнес он.

— Лучше никогда! — прошептала я, но Таня уже выталкивала его из комнаты.

Я слышала, как они переговариваются в прихожей, заметила, как он всунул Тане пачку денег, но кричать, что мне от него ничего не нужно, не было сил.

— Мамочка… — прошептала Влада и, как маленький котенок, подлезла мне под руку.

Я погладила ее по головке и зажмурилась. По щекам снова покатились слезы.